Я выбираю...

Сколько раз я скрывалась у них дома, прячась от своих печалей и сомнений? Вот только сегодня меня там никто не ждал, а квартира уже была не наша. Злость, душившая меня изнутри, вдруг стала сменяться печалью и всепоглащающей пустотой.

«Как? Как вы могли меня оставить?! Бросить меня одну? Четыре долгих года вы были моим всем… А теперь вы не со мной! Как вы моги?!», — горькие мысли сами лезли мне в голову. Я слишком давно об этом не думала, слишком давно не вспоминала, а теперь любимая рана загноилась снова.

В кармане завибрировал телефон.

Хотя вот что мы делали с ними такого? Просто следовали желанию быть свободными. Разве это так много? Быть свободными.

Ваня названивал раз за разом, пока я не сдалась.

— Лиз, что случилось?

Я ещё сказать ничего не успела, а он уже знал, что что-то не так.

— С Дашкой поругалась, — сказала я лишь часть правды.

— Сильно?

— Прилично.

— Приезжай ко мне?

— Вань, я…

— Просто приезжай ко мне, и мы совсем разберёмся.

Разрываясь между желанием сбежать куда-нибудь и просто прижаться к надёжному Чемезову, я всё-таки поехала к нему."

"Мы сидели на нашем диване, Ванька пытался меня разговорить, а я безжизненно пялилась в одну точку.

В какой-то момент он тоже замолчал. Стало только хуже. Тишина давила на меня, требуя сказать ему хоть что-то. А я не могла. Себе не могла это сказать, а ему тем более.

Уже начала жалеть, что вообще сюда приехала, когда он придвинулся и положил свой подбородок на моё плечо. Попыталась отстраниться, но Ваня не дал, рукой удерживая меня на месте.

— Скажи мне, что случилось, — обжигая своим дыханием, попросил он.

Я лишь покачала головой, всячески подавляя в себе рвущиеся наружу слёзы. Тогда он запустил свободную руку мне под свитер и медленно прошёлся костяшками пальцев по моему позвоночнику. Несмотря на подавленное состояние, по телу пошли мурашки.

— Лиза. Ты можешь рассказать мне всё.

Сердце пропускало один удар за другим, но я упрямо продолжала молчать. Вторая рука пробралась к животу и обвела мой пупок. И именно это последнее движение сорвало с меня все оставшиеся предохранители.