Я выбираю...

Потом сама же смутилась своих мыслей.

Одна улица сменяла другую, пейзаж вокруг становился всё более знакомым. Мы шли уже больше часа, усталость начинала брать своё. Осенние сапожки уже давно промокли, а ноги отнимались. А ещё я замёрзла. Хотелось есть, спать и… к мамочке.

— Пошли в кафе? Я тебе кофе куплю, а то синяя вон вся.

— Богатенький, да? — слабо сопротивлялась я, уже даже не из злости, а просто так.

— А ты только от богатеньких принимаешь? — подколол меня Ваня.

— А я вообще не принимаю.

В кафе он меня всё-таки затащил.

Дальше идти стало веселее. Болтали о каких-то пустяках. С ним оказалось весело и интересно. Прошлись по биографии, учёбе, увлечениям. Ваня засыпал меня вопросами, на которые я неожиданно для себя с охотой отвечала. Только про Реброва с Кирсановым умолчала.

— Почему ты пошёл в полицию? — уже я проявляла своё любопытство.

— Отец в органах служил. Вот и решил по его стопам пойти.

— Он, наверное, тобой очень горд.

— Не знаю, — непривычно серьёзным тоном ответил он. Я растерянно посмотрела на него, и Ванька пояснил. — Папа умер семь лет назад. Командировка на Кавказ.

Он говорил вроде бы спокойно, но я слышала в его словах затаённую горечь. Стало неудобно, что подняла эту тему. Даже зажмурилась, но потом взяла себя в руки.

"

"— Вань, — впервые назвала я его по имени, ладони коснулась.

— Да, хорошим, — согласился он. — И ты бы ему понравилась.

Последнюю часть он добавил уже с улыбкой в голосе.

— Что? Я? Почему ты так решил?

— Потому что ты мне нравишься, Лиза, — как нечто самое очевидное сообщил он мне.

Я застыла на месте, а Ванька продолжил идти дальше, потом, правда, повернулся и позвал:

— Ты там чего? Пошли уже.

И я пошла, хотя внутри меня набирала обороты то ли паника, то ли что-то ещё.

«Ты мне нравишься». Такие простые слова. А ведь главное, такие логичные, иначе чего бы он ещё со мной столько времени возился? Но я всё равно была не готова. Ваня сказал это так… просто. Он ни к чему меня не обязывал, ничего от меня не ждал. Он просто сообщал, что я ему нравлюсь.

Во втором часу ночи мы оказались у моего подъезда. Всё тело нещадно ломило от усталости, но я не торопилась уходить. Опять стояли и разглядывали друг друга.