Я выбираю...

Начала чаще останавливаться. Дыхание было тяжёлым и сбивчивым. Пару раз ушла под воду. Ваня нагнал меня, но всё равно держался у меня за спиной для того, чтобы видеть, если я окончательно начну тонуть.

На одной из таких остановок он закричал мне:

— Лиза, считай! Раз-два-три, вдох. Раз-два-три, вдох. Считай гребки. Думай только о гребках и дыхании.

Я медлила.

— Лиза, мать твою за ногу! Считай!

И я послушалась. Счёт помогал успокоиться и контролировать дыхание. Не давал разрастись панике. Главное было не думать об усталости.

"Сама не поняла, как почувствовала дно под ногами. И вместо радости испугалась, судорожно задёргала ногами и опять ушла вниз. В этот раз Ванька уже поймал меня и поставил на ноги, хорошенько так тряхнув, приводя в чувства. Кажется, что-то говорил, но я не слышала. Вырвалась из его рук и пошлёпала к берегу, меня шатало. Дыши, Лиза, дыши.

Здесь была земля, обмытая речной водой. Я села куда-то в траву, поджав под себя ноги, и уткнулась в свои же колени.

— И всё-таки ты больная на голову, — напомнил о себе Чемезов.

Оторвалась от колен и посмотрела на Ваньку. Он стоял напротив меня, уперев руки в бока и широко расставив ноги. Его грудь тяжело вздымалась. Он был одет в трусы и… всё.

Ну хоть чей-то стриптиз увидела сегодня достопочтимая публика.



Глава 28

На двоих сто морей и одно окно,Говори, ну а лучше пообещай,Говори мне, что будет всё хорошо!Я готов, я привык к таким вещам.

С каким-то диким видом рассматривала Ваню, словно не веря своим глазам, что вот он стоит передо мной — мокрый, злой и … практически голый. Последнее напрягало больше всего. Ну не то чтобы прям напрягало, скорее до ужаса смущало. Только этого нам и не хватало. Мне опять стало не хватать воздуха и пространства. Тряхнула головой. Это надо же быть такой клинической идиоткой. Нет, с моей жизнью определённо что-то не так. Даже если просто представить саму по себе ситуацию, мы вдвоём на острове.

Пока занималась самобичеванием, мой взгляд мёртвой точкой застрял на Ванькиной груди. И я как бы и не разглядывала его, но абсолютного точно пялилась. В какой-то момент Чемезов неловко зашевелился, а потом и вовсе скрестил руки на груди, выбив меня из моих размышлений. Чёёёёрт.

Я уткнулась обратно в свои колени. Если я не буду смотреть на него, возможно, он куда-нибудь исчезнет.