Я все еще царь. Книга XXXI

Лора продолжала сканировать ближайшие коридоры и вывела нас в большой зал. Тут было много чего интересного.

Если в первом мы нашли только соленья и лампочку, то тут были картины, стойки с ржавыми доспехами и шкафами со склянками с мутной жижей. У дальней стены была плита, совсем как в моей портальной комнате. Там было место для руки.

— Это для нас, — сказала Лора, оказавшись у странной плиты.

Толстой и Данила шли рядом. Они все еще опасались, что нас могут разделить.

— Лора, что ты узнала? Давай отчет.

— Что ж, — она создала себе кресло и уселась, закинув ногу на ногу.

Предварительно стены меняются с таймингом пятнадцать минут. Также происходит экстренное смещение, когда идет угроза конструкции. При этом я вижу, что Гоголь также начал сканировать стены, отсюда и пошли локальные смещения. А значит, если мы найдем подсказки… — и она недвусмысленно кивнула на плиту с отпечатком ладони. — То, вполне вероятно, сможем понять, как выбраться.

— Что по остальным?

— Владимир как-то мог влиять на все это безобразие, и если мы поймем как, то вполне сможем всех вытащить, и при этом не дать остальным нас догнать.

Болванчик уже осмотрел местные достопримечательности, так что оставалось только это.

Подойдя ближе, я вытянул руку.

— Михаил, ты уверен? — нарушил гнетущую тишину Толстой. — А вдруг это ловушка?

— Сомневаюсь, — пожал я плечами. — Скорее всего, это что-то, что поможет нам разобраться в лабиринте. И скорее всего, оно работает только на Кузнецовых.

Я положил ладонь на плиту и пустил разряд энергии.

По каменной кладке пошли светящиеся линии, похожие на молнии. Они постепенно окутали весь зал и раздался женский голос:

— Как же я ждала, что однажды кто-то найдет это место!

Голос оказался знакомым. Как будто где-то я его уже слышал, но где?

— Мила? — произнес Толстой. — Мила, это ты?

— Привет, Лева, вижу ты отрастил бороду?

— Я так рад тебя слышать! Где ты?

— Лев, это только остаточные сигналы моего сознания.

— Ого, — вмешалась Лора. — Она права. Это действительно образец частички души. Кем вообще был этот Владимир, раз умел в такую магию?

Вопрос был хоть и риторический, но и мне было любопытно.