Я все еще царь. Книга XXXI

Я скрестил руки и, делая шаг вперед, почти шепнул:

— Вопрос касается его сына Антона.

Дворецкий едва заметно вздернул брови.

— Сейчас доложу, — пообещал он и исчез в коридоре.

Не прошло и двух минут, как он вернулся, приложив руку к груди:

— Князь ждет вас.

Я вошел. Внутри по-прежнему царила безупречная чистота: слуги бесшумно проходили меж полок, стирая невидимую пыль. Я пересек холл и шагнул в гостиную.

Там, у камина, меня уже ждали князь и его супруга. По их напряженным позам я понял, что чета Есениных готовы выслушать все об Антоне.

— Здравствуйте, — произнес я, едва склонив голову.

Князь коротко кивнул и жестом указал на кресло. Я опустился. Н-да, он стал еще более замкнутым человеком.

— Что у тебя за сведения о Антоне? — тихо проронил он, бросив на меня пронзительный взгляд.

Я переплел руки на коленях.

— Скажите, вы в курсе недавнего нападения на Кремль?

Князь недовольно качнул головой.

— Тогда объясните, — я подался вперед, — почему не получилось остановить Толстого и Онегина?

Сергей Александрович выдохнул, словно выпустил жар.

— В какой-то момент Федор просто исчез, — произнес он глухо. — Толстой с Онегиным рванули его вытаскивать, за ними увязался Антон. А потом грянул инцидент в Кремле, и все каналы разразились воплями о нападении.

Он провел рукой по виску, будто стирая невидимую пыль.

— Про Антона в сюжетах ни слова. Петр Первый, вероятно, прикрыл меня, чтобы не компрометировать семью.

Княгиня подняла тревожные глаза:

— Вы знаете, где Антон?

— Увы, нет. Поэтому и пришел: возможно, у вас есть догадки.

Сергей Александрович сжал подлокотник кресла так, что тот скрипнул.

— На машине, на которой они уехали, стояли жучки, — признался он. — Но ребята сменили транспорт. Похоже, просто угнали другую. Слежка оборвалась.

— Как себя чувствует Саша? — спросил я.

Князь опустил взор. Тень скользнула по его лицу.

— Не хочу об этом сейчас, — буркнул он.

— Тогда позвольте спросить: готовы ли вы помочь в поиске Антона?

Он поднялся.

— Я уже разослал людей.

Я ощутил, как внутри нарастает гнев, но спорить не имело смысла. Решив не тратить нервы и энергию, я поднялся и, поблагодарил хозяев, направился к выходу.

В дверях меня догнал дворецкий. Он поклонился и проговорил, осторожно подбирая слова:

— Прошу простить господина за резкость. Он просто боится потерять еще одного сына. Сделает все, чтобы как можно скорее вернуть Антона домой.