Я все еще царь. Книга XXXI

Тот попытался ее согнать, но та проворно прыгнула на пиджак его соседа — посла Великобритании, сэра Уильяма Черчилля. Толстого как бочка.

— … И поэтому мы считаем, что совместные с Империей производства Скарабеев могут быть вполне целесообразны, — сказал Доширак, и тут муха вернулась, «клюнув» его в глаз. — Ах ты!

Разразившись забавной французской бранью, он попытался сбить ее в полете, но та, сделав в воздухе нехилый финт, улетела на другой конец стола, где рядом с пустыми стульями с табличками «Рим» и «Япония» примостился низенький посол от Пруссии герр Риббенкапут.

— Хмм… — и Доширак перебрал свои бумажки. — Кроме того, было бы хорошо создать общие войска для обороны от порождений метеоритов…

— Конечно же, под моим руководством? — улыбнулся Петр, не спуская взгляда с мухи, которая вилась вокруг посла Речи Посполитой, вислоухого пана Пшешчешчекевича. Временами с его стороны раздавалось недовольные польские звуки, но в схватку с мухой он пока не вступал.

Посол Франции замялся.

— Думаю, этот вопрос стоит обговорить с моим руководством…"

"— Но мы же будем ключевым государством в этом Союзе, — сказал Петр и, встав, прошелся по залу заседаний. Муха тем временем прыгала с одной лысины на другую — после взбудораженной Речи Посполитой она нападала на Францию, а, доведя Францию, бросалась на Англию с Пруссией. Те отбивались, но все тщетно — муха, открыв второй фронт, кинулась на Польшу.

Вдруг тишину разорвал телефонный звонок.

— Прошу прощения, — и вернувшись к себе, взял трубку. — Слушаю…

Петр замолчал. С каждой секундой его лицо мрачнело все больше.

— Опять Кузнецов…

Пока царь слушал доклад о состоянии дел в Эрфурте, мсье Доширак оправившись от нападения, скрутил свои бумажки в рулон и попытался прихлопнуть муху. Увы, прилетело только по лысине пана Пшешчешчекевича.

— Вот курва! — и Польша яростно вступила в коалицию четырех. Послышались звуки возни и сопение.

— Каковы потери? — спросил Петр, опустившись в кресло. — Вот как?.. А алтарь? Разрушен?..

Его ладонь сама сжалась в кулак. Костяшки хрустнули, и этот звук заставил пана Пшешчешчекевича вздрогнуть и промахнуться. Муха, сделав в воздухе мертвую петлю, устремилась к Петру.

— Ничего не предпринимать, — сказал царь. — Ждать приказа.