Я все еще царь. Книга XXXI

Такое происходит…

Но он не успел ответить, как двери буквально взорвались, разлетевшись на тысячи мелких щепок. Я же успел накинуть купол, чтобы никто не пострадал.

— Любавка, давай! — отдал я приказ.

В этот же момент, все столбы засияли. Произошла яркая вспышка.

Но перед этим за долю секунды до того, как мы переместились, я увидел Нечто. Бесформенная тень, занявшая собой весь проем. Темные языки распространялись по всем поверхностям. При этом в центре было что-то бесформенное. Глаза, зубы, щупальца и много чего еще.

И все это постоянно видоизменялось, принимало разные формы и размеры."

"Мне хватило мгновения, чтобы понять, насколько Нечто превосходит всех тех тварей, которые я встречал раньше. Даже Захар и Исаак были никем по сравнению с хаосом.

Может, Саша Есенин в своей лучшей форме? Но это не точно…

Сейчас же я, как и все остальные, находились в каком-то бесконечном звездном коридоре.

Ничего не работало. Просто миллиарды огоньков пролетали перед глазами.

— Красиво, — услышал я голос Лоры в голове. — Надеюсь, мы не пострадаем.

— Конечно, очень воодушевляет, когда ты так говоришь, — ухмыльнулся я. — Но меня больше волнует, достаточно ли большое место выбрала Любавка…

* * *О. Сахалин.

— Я не уверена, что тебе со мной можно, — прошипела Любавка, поглядывая на Булата. — А вдруг ты пострадаешь?

— Я больше переживаю за тебя, — ласково ответил конь.

— Но это теперь моя способность!

— Я понимаю, — ответил Булат. — Но можно я просто с тобой побуду рядом? Я же еще и Богдана хочу увидеть.

— Ладно, — радостно ответила Любавки. — Я бы очень хотела, чтобы ты меня потом покатал.

— Как тебе будет угодно, маленькая леди. Покажу новые фокусы!

— И Богдана возьмем?

— И его!

Оба сейчас находились между гор в огромном ущелье.

— Красиво, — оглядывая все вокруг, завороженно сказала Любавка. — Вот бы папа с мамой… — но она замерла, не договорив.

— Что такое? — подошел к ней Булат и наклонил морду ближе.

Девочка же резко подняла голову и выпустила в небо мощный луч. На этот раз он был толще обычного, в несколько раз.