Я вернусь

Медленно, но верно мы продвигались в сторону Долины: под шелест травы, под уханье какой-то птицы, под грустные мысли в моей голове, которые никак не хотели её покидать. Почему я не инфантильная особа? Закатила бы истерику, выплакалась бы вволю, глядишь, на сердце стало бы легче. Постепенно темнота сменялась сумраком, знаменуя тем самым приход рассвета. Уклон становился все заметнее, Сайнур вел хайдаков все увереннее. Когда же рассвело настолько, что стало видно траву под копытами животных, фиктивный супруг махнул рукой Даяну.

Я так понимаю — это был сигнал, после которого они уселись каждый на своё животное, и наше продвижение стало чуточку быстрее.

***

Наконец-то привал! Нет, за несколько дней я привыкла ездить верхом, но не в темноте по лесу, когда под мерное качание слипаются глаза, а внеочередная ветка норовит эти глаза если не выткнуть, то хотя бы поцарапать. Так что по пересеченной местности лучше ходить пешком, это я почерпнула из личного опыта.

— Костер не разводим, перекусим и дальше, нам надо спуститься в Долину.

Вот что значит, раскатала губу на нормальный отдых. Но возмущаться сил не было, да и желания тоже.

— Незаменимый ты наш, может, поведаешь невыспавшейся женщине, чего мы так резко сорвались? Мы ж вроде на рассвете собирались? — понятно, что преследователи нагрянули неожиданно, но мне хотелось ему напомнить о нашем вечернем разговоре. Ведь если бы мы ушли еще вчера, то сейчас бы спокойно спали, и никто бы нас не преследовал, по крайней мере, дня два. Потом бы разобрались, что где-то пропала ""семья"", но было бы уже поздно.

— Мне сейчас не до твоего сарказма, я тоже не выспался и устал, — отмахнулся от меня Сайнур."

"И это все? А где извинения или хотя бы раскаяние от того, что не прислушался к моим советам? Вот мужчины обвиняют нас, женщин, что мы обманом заставляем их жениться на нас. Была красивая, стройная, хозяйственная, с мамой его ладила, а как только поженились: дети, халат, лишних десять кило и нежелание собирать его носки по всей квартире.

Это основные их претензии, но и они нам врут. Врут, что будут всю жизнь носить на руках; врут, что будут любить любой; врут, что наше мнение для них важно и значимо. В общем, нагло вешают влюбленным нам лапшу на уши. Но не это главное, главное то, что они не любят признавать своих ошибок.

Вот я сидела и смотрела на Сайнура, в душе поражаясь, как две сережки вместо брачных браслетов могли настолько изменить его. Был ироничный ловелас — стал мрачный отец семейства.