Я украду твоё сердце (СИ)

И что предпринимает... мой враг.

- И тебя выследили из-за этой переписки? – сажусь напротив.

- Это даже не переписка. Я никогда не отвечаю. Лишь забираю письмо, которое оставляют для меня в условленном месте. Но в последний раз, там была засада. Мне еле удалось унести ноги. И только твоя иллюзия, Ники, помогла мне скрыться. Они просто не поняли, что я и есть тот человек, которого им приказали найти и поймать.

- Теперь ты в безопасности, Ади. И если всё же расскажешь, кто тебя преследует…

- Нет. Это исключено, - мотает упрямо головой.

Угу, это Адаль ещё моего брата не знает. Если уж Тай позволил мне забрать ребят во дворец, то теперь не успокоится, пока не выведает всю их подноготную. Так что вполне возможно, скоро мы узнаем, кого следует четвертовать за страдания моего друга.

Больше расспросить я ни о чём не успеваю. Возвращается Жанет, а вместе с ней и парочка горничных с подносами. Девушки накрывают для нас стол. И парни на время сосредотачиваются на еде. Джил уплетает угощение за обе щёки. Адаль изо всех сил пытается есть неспешно.

Ну а после трапезы появляется Танис, и сообщает, что комнаты для моих гостей уже готовы.

Поручив ей проводить ребят, я уже ни секунды не медлю и сразу отправляюсь к Тайрэну. Если братья Гур мне сейчас же не скажут правды, я не знаю, что с ними сделаю. Такими иллюзиями обложу, что мало не покажется.

Глава 30

Я была права. Во всём.

Нет, Самад с Эльчином, конечно, попытались увильнуть и умолчать некоторые нюансы гениального плана Азима и его венценосного дяди по поимке государственных изменников, но я прямо выложила им свои предположения и по одним лишь вытянувшимся лицам поняла, что всё правильно поняла.

Так что пришлось друзьям моего жениха выкладывать всю оставшуюся правду. А потом выслушивать всё, что я думаю о мужской твердолобости и параноидальной недоверчивости некоторых принцев.

Потом я попыталась уговорить их помочь мне связаться с Азимом. Но на этот раз получила твёрдый отказ. По словам Самада и Эльчина получалось, что Азим к этому времени уже должен был связаться с заговорщиками и примкнуть к их рядам. Поэтому писать ему можно только в крайнем случае и с особенным шифрованием, чтобы, не приведи боги, не выдать. Само собой в этом вопросе я сразу отступила и не стала больше настаивать.