Я украду твоё сердце (СИ)

Это мой сыновий долг позаботиться о матери, когда отец её бросил.

- Конечно, Азим. Я разрешаю.

- Благодарю. Уже этой ночью я напишу Умару и сообщу, что передумал и согласен на их предложение.

Хочу покончить с этим как можно скорее.

- Думаю, с этим лучше подождать пару дней, - качает головой Корим. – Чтобы они убедились, что тебя действительно разыскивают, как преступника. Тогда тебе с большей готовностью поверят.

В его словах есть смысл. В принципе... куда мне спешить? Всё равно мне уже нечего терять.

Возможно арест и не убедил Ники в том, что предъявленные мне обвинения справедливы, а вот мой побег – это невозможно объяснить какой-либо другой причиной, кроме моей вины. Особенно, когда в этом будут уверены все, включая её семью. Ведь именно эта всеобщая уверенность является залогом того, что наш с Коримом план сработает – шпионскую сеть наших врагов недооценивать нельзя. И даже если я выживу и смогу рассказать Ники всю правду, она никогда не простит мне те страдания, которые я причинил ей.

Она обещала мне неделю. Я сумел разрушить всё значительно раньше.

Боль от этого осознания тупой иглой засела в сердце, погружаясь всё глубже и глубже, угрожая со временем полностью уничтожить меня. И я даже не буду этому препятствовать. Но это будет потом, когда я исполню свой долг, предотвращу переворот и кровопролитие, и смогу позволить себе думать о том, что мог бы иметь, но безвозвратно потерял.

Сейчас же мне нужно сосредоточиться на деле.

- Что с янгардой? Вычислил предателей среди своих яншар? – спрашиваю, заставив себя отодвинуть мысли о Ники на потом.

- У меня несколько подозреваемых… - начинает Корим, и следующие полчаса мы проводим за подробным обсуждением наших действий и планов.

А когда он уходит, использовав портальный амулет, я зову братьев Гур и делаю то, что собирался. Отправляю их защищать девушку, чья жизнь для меня уже давно стала важнее собственной.

Глава 27

Уничтожив до основания все мои чаянья и надежды, Тайрэн попытался как-то сгладить ситуацию.

Мне было настолько больно, что я просто замкнулась в себе, почти прекратив реагировать на внешний мир.