Я у мамы зельевар. Книга 2. Держись, столица!

Однажды кто-то из наших прародительниц отыскал уникальный рецепт, который позволял привязать сердце и чувства выбранного человека до конца его жизни. Ничего хорошего из этого, разумеется, не получалось.

– Панна, при всём желании вам помочь не могу ничего сделать. – Я развела руками. – Миилестиба запрещена, это принесёт неприятности и мне, и вам.

Она изогнула светлую бровь, в уголках губ появилась улыбка."

"– Я вам хорошо заплачу. В шесть раз больше, чем запросите.

За спиной послышался шорох: Сифиздилла свернула лепесток в трубочку и явно подслушивала.

– Нет, деньги тут не решают, – мягко сказала я. – У нас будут проблемы с законом, мне с напарницей придётся закрыть лавку, что совершенно неприемлемо. Мы только приехали и начали своё дело. Поэтому… Эй!

Пока я говорила, странная панна достала из кармана нож с изогнутым лезвием и приставила к собственному горлу. Алая капля потекла по белой коже, впиталась в кружевной воротник.

В серых глазах застыл лёд.

– Если вы не согласитесь сделать миилестибу, я убью себя прямо здесь.

Глава 2

Я даже забыла, что нужно делать, поняв… поняв, что не могу ничего сделать!

Как вообще надо вести себя, когда в лавку зашёл псих-клиент? Большое-большое упущение с твоей стороны, Ядвига Торба! Необходимо срочно разрулить ситуацию, а потом бегом на курсы по психологическому управлению нестабильными панночками и панами.

Я ухватила стакан с водой, в которой, по счастью, уже были капли тонизирующего настоя.

Подлетев к девушке, взяла её за руку и усадила за столик с образцами трав (о Златовласая, не успела разложить!), всунула воду, вовремя вытянув нож из пальцев. Охо-хо, а пальчики-то подрагивают. Значит, бравада с самоубийством не такая уж серьёзная, как можно было подумать.

– Пейте, – твёрдым голосом велела я. – Это помогает.

– От чего? – вяло отозвалась та.

– От всего, – выпалила я, мысленно присваивая себе высший лекарский разряд.

Она настолько растерялась, что сделала глоток. Один, второй, третий, а потом и вовсе всё залпом до дна. Так, хорошо, надо запомнить, что вот дальше в таких пропорциях и мешать. Розовых лепестков больше не надо, иначе слипнется. А вот сейчас в самый раз.

Пока девушка пила, я невольно взвесила нож в руке. Тяжёлый. И такой… металл с каким-то удивительным синим оттенком. Смотришь – и ощущение, словно в серебро бросили растёртые сапфиры.