Я у мамы зельевар. Книга 2. Держись, столица!

Айварас хмурился, ему услышанное однозначно не понравилось.

– Как много развелось психов, – мрачно сделал вывод он. – Что бы там ни было у этой Дзирды с его высочеством, соваться туда однозначно не стоит. Твоя задача: сообщить в управление. Ничего не варить. Никуда не соваться. И… не нарываться.

Я бросила быстрый взгляд на Раду, но, к сожалению, по её лицу было ничего непонятно. Бялт, могла бы хоть подмигнуть или губы уточкой сделать.

Но Рада никак не выражала своих эмоций. Пани Василина аккуратно отламывала кусочки шоколадного торта и делала вид, что никогда не занималась ничем более интересным.

– Слушаюсь и повинуюсь, – произнесла я.

– Неубедительно.

– Неубедительно слушаюсь и повинуюсь.

Айварас закатил глаза. Ну да, а чего ты ждал?"

"Нет, я прекрасно понимала, что он прав. Лезть на рожон не собиралась. Где угодно совершайте суицид, но только не в моей лавке! Однако… было что-то такое, что… не давало покоя?

Не покидало ощущение, что я упустила нечто важное. Серьёзное. И потом оно вылезет в таком виде – мамочки!

– У меня вот вопрос, – подала голос Рада.

– В чём же? – мрачно поинтересовался Айварас. – Видите ли, у нас нет в Латрии законов, которые запрещали бы человеку покинуть эту жизнь.

– Как цинично, – проворчала я.

– Я – некромант, – пожал он плечами. – Поэтому и смотрю на всё немного под другим углом.

Я поджала губы, понимая, что глупо спорить. Профессия накладывает на каждого свой отпечаток.

– Дзирда намеренно и по причине психической неуравновешенности толкает тебя на преступление. Её шантаж – это не оправдание. Твоя задача – просто сообщить в управление.

– Вообще, с чего она взяла, что это хорошая идея? – пробормотала я, глядя в свою тарелку.

Да что такое, что мне не так? Действительно жалко эту странную девушку? Мозг почему-то отказывался верить только в тот вариант, где она сошла с ума и хочет меня подставить.

– Ядвига, мне не нравится твоё лицо.

– И слава Златовласой, не хватало нам ещё инцеста.

Айварас наступил мне на ногу под столом.

Я пискнула. Надо же, какие мы трепетные! Слова не скажи. Хотя, может, ему не понравилась формулировка? Ведь мы не родные, инцеста быть не может.