Я тебя ждал

Ариша…

Что она творит? Что опять происходит?"

"Превозмогая страх, делаю маленькие, крошечные шаги в сторону кухни, чуть дыша, до боли сжимая вспотевшие ладони в кулаки.

– Арина? – снова зову сестру и слышу надломленный голос, пропитанный нотками истерики:

– Я здесь, – доносится с кухни.

Моргание света от открывающегося холодильника, отзывается пульсирующей болью в висках. На ощупь нахожу выключатель на стене и торопливо на него давлю. Легкий щелчок и … ничего. Освещение не загорается. Щелкаю кнопкой, стучу по ней – результата никакого, меня по-прежнему окружает неприятная, пугающая темнота.

Всхлип. В этот раз испуганный. Горький. Мой.

Грудь сдавило тяжёлыми обручами, усеянными острыми шипами. Ощущая уже не страх, а лютый ужас, иду вперед, к ней. Потому что не могу иначе несмотря на то, что инстинкт самосохранения бунтует, бьется, гонит обратно. Там моя сестра.

Ноги, как не живые, как не мои. Шаг, еще шаг…

И тут до меня доносится звук, от которого мороз по коже.

Тихий скрип ступенек. Кто-то спускается со второго этажа…следом за мной.

Уже не могу дышать, колючий ком перекатывается в горле.

Холодильник, звеня внутренностями, неустанно раскрывается и закрывается, парализуя монотонным ритмом, миганием тусклой лампочки

Шаги по лестнице раздаются все ниже и ниже. Я уже могу видеть темную бесформенную тень в голубоватом лунном свете.

– Арина, – снова шепчу, чувствуя, как стремительно седеют волосы на голове. Мой голос так слаб, жалок, беспомощен, что я сама его едва слышу.

– Я здесь, – все тот же короткий ответ с кухни.

Делаю нерешительный шаг в том направлении…

– Ты тоже это слышала? – раздается вкрадчивый голос сестры со стороны лестницы, и я чувствую, что меня будто каменной глыбой придавило, не могу дышать.

В ужасе прижимаюсь спиной к стене, зажав себе рот рукой. Я не знаю, где правда, не знаю кому верить.

Дверца холодильник размеренно хлопает, его внутренности то и дело освещают помещение бледным тоскливым светом. Лестница все так же поскрипывает в такт шагам.

Схожу с ума.

Прижимаю руки к груди, боясь, что сердце разобьётся о ребра. Затравленно озираюсь то в сторону кухни, то в сторону лестницы.

И тут телефон, который я судорожно сжимала в ладони и о котором я уже благополучно забыла, оживает, заставив подпрыгнуть на месте от неожиданности.