Я тебя забираю

Невысокую, сухенькую женщину с тонкими, как ветви ивы, руками и несуразной прической из пережженных желтых волос.

— Еще долго? — раздраженно поинтересовался.

— Всего пару минут, — отозвалась ведьма доброжелательно. Словно она сейчас не готовилась к ритуалу разрыва связи истинной пары, а расставляла посуду для чаепития. — Вы присядьте на кресло, — бросилась в дальний угол, — вам здесь будет удобно. Брысь, — она легонько подтолкнула черного кота под упитанный зад. — Брысь, Николя! Уступи место гостям.

Приоткрыв глаза, кот взглянул на хозяйку, искусно изображая на морде вселенскую скорбь.

— Поторопись, господин Д'Орский, тебя все ждут.

Кот перевел заспанный взгляд на визитеров и совсем по-человечески подобрался. Тут же сел, широко распахнув желтые глаза, тряхнул головой, отгоняя остатки сна и, слезая с кресла, засучил толстыми, короткими ляжками в воздухе, стараясь нащупать пол.

— Присядь, кажется, мы здесь надолго, — демон провел свою спутницу к креслу.

— Не беспокойтесь, управимся за десять минут, — отозвалась ведьма, продолжая бегать вокруг стола рассыпая какие-то зловонные травы.

— Конечно-конечно, — хмыкнул Балаам. — Разрыв связи — минутное дело, — окинул комнату скептичным взглядом. — Что-то не так? — спросил у таращившегося на него кота.

Животное активно закрутило головой из стороны в сторону.

— Я готова, — объявила ведьма, приглашая пару. — Нужно сесть друг напротив друга, — указала место юной волчице. — Вот так, отлично, — проследила, чтобы и Балаам сел. — Начнем!

Ухватив пучок трав, ведьма закружила, сдавленно мыча и размахивая руками.

— Все? — поинтересовался принц, не поворачиваясь.

— Совсем чуть-чуть, — ведьма бросила травы в высокую чашу. Она вновь сделала круг, перекладывая с места на место цветные камушки и сухоцветы. — Развожу! — воскликнула, схватив со стола две куриные ножки с крючковатыми когтями на пальцах.

— Ведьма! — стул с грохотом отлетел к полированному шкафу.

— Мляуть, ты что творишь, болезная? Принца Преисподней по морде куриной лапой, — взвыл кот, в секунду оказавшись перед Балаамом. — По лицу, господин, по лицу, — полз на пузе. — Помилуйте хворую, — зыркнул на притихшую ведьму.