Я тебя у него заберу

 — в глаза не смотрю. Подойдя к холодильнику, беру оттуда воду. — А вы как?

— Мы нормально. Что с нами будет?

Ощущение взгляда матери на себе вызывает зуд. Встречаюсь с ней глазами, очень стараясь не выдать того, как бешено бьется сердце. Как будто, она видит меня насквозь. Отпиваю из бутылки, используя этот момент, чтобы разорвать зрительный контакт.

— Как прошла фотосессия? — папа вопросительно выгибает бровь. В голове возникает совсем не та сессия, о которой спрашивает отец, и я быстро гоню прочь из воспоминаний картинки того, как позировала для Демьяна.

— Хорошо, фотограф остался доволен. Сказал, что нужно будет еще несколько снимков около фасада ресторана, а потом небольшое видео в зале, когда будет готов обновленный дизайн.

— Да, конечно. Демьян говорил. Снежана молодец. Уже приступила к работе. Так что мы должны успеть в срок. Долгий простой нам совсем не на руку.

Кивнув, я желаю им спокойной ночи и ретируюсь в спальню. Долго стою под душем, невольно касаясь пальцами тех мест, на которых оставил незримые отпечатки Демьян, и снова чувствую ту мощную волну, опоясавшую сегодня мое тело.

Боже, это было непередаваемо. В момент, когда я дышала только Демьяном, думала, что меня разорвет на части от силы этих восхитительных пугающих ощущений.

И самое ужасное, что в ногу с растущей виной шло желание сейчас оказаться рядом с любимым. Чтобы снова к себе прижал и шептал свои порочные слова, от которых у меня мурашки табуном по коже бегали. Закрываю лицо ладонями, прячась от обличающего мира. Делаю воду ледяной, надеясь, что она смоет все постыдные мысли, но нет.

Что мне делать, Господи? Помоги мне, потому что я совсем запуталась.

* * *— Прости, пап, задержалась, — усевшись в машину, целую папу в щеку и пристегиваюсь. Он предложил подвезти меня после зачета, а судя по тому, что на небе снова собираются тучи, предложение пришлось в самый раз.

— Ничего, я пока кофе выпил, — автомобиль отъезжает с парковки и вливается в общий поток.

— Хорошо. Я закрыла сессию на отлично.

В глазах отца загорается гордость.

— Умница моя. А Оля?

— Тоже сдала все.

— Легче ей?

Смотреть в глаза становится неудобно, когда приходится снова врать, поэтому я отвожу взгляд на дорогу.

— Да. Уже лучше. Мы сегодня встретили Лауру, помнишь, я рассказывала тебе? Из параллельной группы.

Отец хмурится, силясь вспомнить о ком я говорю.

— Девушка из Еревана.