Я тебя у него заберу

Похоже, подруга не одна. Хмурюсь на опрометчивое решение прийти без предупреждения.

— Привет, Оль, — говорю, входя на порог, — я подумала, тебе нужна компания, ну или на крайний случай личный доктор, которым собиралась выступить, но, похоже, Леша уже все сделал за меня. Прости. Я совсем не подумала, что могу приехать не вовремя. Я тогда пойду. Вот, может вам пригодится, — с улыбкой протягиваю подруге пакет с бутылкой и быстро целую в щеку.

Разворачиваюсь, хватаясь за ручку, когда слышу сзади:

— Оль, кто это был?

Знакомый с детства голос звучит как пролетевшая мимо пуля, заставляя замереть от неожиданности.

Спешно оборачиваюсь, и увиденное ослепляет. Оглушает. Парализует. По коридору в нашу сторону направляется Давид. Заметив меня, резко останавливается, а я не могу поверить в то, что вижу. На брате из одежды только джинсы. Даже носков нет.

Перед глазами начинает ощутимо плыть, и приходится схватиться за ручку из-за того, что ноги слабеют.

Я перевожу взгляд на Олю. Подруга медленно подносит ко рту дрожащую руку и виновато прикрывает его, во все глаза наблюдая за моей реакцией и сама того не понимая отвечает на не озвученный мной вопрос."

"— Мари… — шепчет, но вместо шепота я слышу только глухой шелест. Как будто в уши стекла накрошили.

Нет… Нет… этого не может быть! Снова перевожу глаза на брата. Его волосы влажные, словно после дождя или душа.

Как же так? Можно было бы придумать любое оправдание, но их внешний вид говорит сам за себя.

— Мариам!

Давид быстрым шагом сокращает между нами расстояние и хватает меня за плечи. Прямо как в детстве, когда пытался убедить в чем-то или внушить, что он рядом и защитит от всего плохого. Тогда я боялась чудовищ под кроватью и темноты. А брат вот так же сжимал мои плечи и утверждал, что он всегда оградит от опасности, что ему можно верить и ничего не бояться. Вот только сейчас это движение вызывает отторжение.

— Вы? Ты…? Как ты мог?

Выдыхаю, чувствую, как изнутри сотрясает непонимание. Смотрю в глаза родного человека, видя загорающуюся в них злость и едва заметное чувство вины.

— Мариам, успокойся!

— Ты! Ты предатель! — горло окольцовывает удушающий спазм, и я инстинктивно хватаюсь за шею, не готовая к подобному шоку.