Я тебя у него заберу

Надо бы расчесаться, наверное. Сегодня еще не брала в руки расческу, а солнце уже подходит к горизонту.

Подойдя к зеркалу, замираю. В отражении словно другой человек находится. Блеклая тень меня бывшей. На месте румяных щек — впалые скулы, губы едва розовые, кожа бледная, а глаза без признаков жизни. Если бы я не знала себя, увидев на улице, испугалась бы, но сейчас мне по сути все равно, как я выгляжу. На свадьбе визажист сделает все, чтобы спрятать эти внешние недочеты, остальное же не имеет значения.

Пройдясь по волосам щеткой, выхожу в коридор и спускаюсь вниз. Детский визг и смех имеет волшебное действие оживлять каждое помещение. Всякий раз, когда приезжают племянники, где бы мы ни находились, там в этот же миг становится ярче.

Арман налетает на меня, едва я схожу с последней ступени, и обнимает за ноги.

— Привет, мой хороший! — присев на корточки, обнимаю озорного ребенка, впервые за долгое время чувствуя хотя бы призрачную радость.

— Привет, Мариам. Мы купили торт.

— Здорово, на всех хватит.

— Да! Но я съем самый большой кусок!

На этих словах он отбегает в гостиную, а я с улыбкой ступаю следом.

На диване сидит Давид, рядом мама, а на её коленях Гор.

Невольно торможу, засматриваясь на них. В женских глазах столько любви по отношению к внуку. Мне кажется, на меня мама так никогда не смотрела.

— Привет, Мариам, — Давид поднимается и делает шаг ко мне, чтобы поцеловать в щеку.

— Привет, — выдавливаю улыбку, потому что хочу избежать вопросов. На самом деле не планирую проводить много времени внизу. — Как дела?

— Нормально, — темные глаза безотрывно скользят по лицу. — Ты заболела, Мариам?

— Нет. Все хорошо.

Обхожу его, чтобы потрепать Гора по волосам и поцеловать пухлую щечку.

— Мариам, ты вовремя спустилась. Давид к нам на ужин приехал. Ты же поешь с нами?"

"Вопрос мамы, произнесенный с едва заметным нажимом, означает, что мне лучше остаться внизу. Хотя если бы не брат, я бы и не спускалась.

— Да.

Но как бы я ни старалась, есть мне не хочется. Даже мясной аромат не возбуждает рецепторы. Машинально отламываю кусочек хлеба и кладу его в рот больше потому что так надо.