Я тебя у него украду

Паша разжал пальцы на моем локте и погладил кожу, видимо стараясь негласно извиниться за грубость. Но я от этой ласки только сильнее сжалась, и он опустил руку.

– Ты позволишь мне на нее посмотреть? – задал вопрос ровным тоном будто и не было этой бури оборвавшейся всего секунду назад, а я закусила щеку изнутри, понимая, что не смогу пустить на порог его невесту, пускай она и не претендует на роль матери моей Кариши.

– Только если ты придешь один, – произнесла затравленно и подняла взгляд на Суворова.

Пашка открыл рот, собираясь что-то сказать, но промолчал и сдавшись кивнул и шагнул к водительской двери.

Заняла место рядом с ним, невольно содрогаясь от мысли как далеко мы уехали. Местность не была мне знакома, я бы тут точно заблудилась, надеюсь он запомнил, как мы сюда доехали.

Суворов повернул ключ в зажигании, но машина не отозвалась, он нахмурился и повторил попытку, но та по-прежнему не заводилась и Пашка выругался, глянув на датчик топлива.

– Бенз на нуле. Чудом заехали так далеко.

– В смысле? – переспросила как-то в раз отупев. Пошарила по карманам, собираясь вытащить сотовый, но тут же удрученно прикрыла глаза, вспомнив, что сотовый остался в пакете на столе в беседке. – А твой телефон…

Суворов помотал головой, и я едва не захныкала, осознавая, что нам никак не выбраться из этой глуши. Сколько времени уйдет на возвращение пешком по незнакомой местности темным вечером? Как там Кариша?

– Дочь с кем? – прочитал мои мысли Пашка.

– С подругой, с Валей. Она знает, что делать в случае чего… – но от этого не легче.

– Тогда располагайся Журавлёва. Придется нам ночевать в машине.

Глава 27"

"Уснуть не удавалось совершенно, казалось, что я лежу на постели, состоящей из игл, хотя место для сна получилось на зависть удобным: Суворов наклонил задние сиденья и те стали продолжением дна багажника, образуя широкую и удобную кровать.

Суворов стоял на улице и кормил комаров, курил одну за другой сигареты и не спешил возвращаться в машину. А я, повертевшись с одного бока на другой, сдалась и села, понимая, что уснуть не получится.