Я тебя прощаю. Чужая любовь

***

Эпизод на кухне с Адамом сразу же забылся, стоило нам сесть на стол.

– Не могу тут сидеть. – Подруга подскочила. – Давай поменяемся. – Она похлопала оборотня по плечу и указала на место рядом со мной. – Ну что ты сидишь? Оттуда мне не видно телевизор. – Миа взяла пульт. – Ты будешь смотреть женский сериал? – спросила она с насмешкой.

– Точно не буду. – Адам пересел.

– Вот я это и говорю. – Миа небрежно отмахнулась рукой и уставилась в экран.  – Тихо, пупс.  Тут такая драма. Он любит ее, но не может признаться.

Я покосилась на подругу – никогда не видела, чтобы она смотрела подобные шоу.

– Ты смотришь сериалы? – не удержалась я и спросила.

– Ага, сегодня подсела. Вот уже второй сезон смотрю.

– На работе подсела? – утонила я."

"– На работе, – ответила подруга, не поворачивая ко мне головы. – Ешь, не отвлекай.

Пока я кормила сына, мое внимание было сосредоточено на нем, и я даже забыла о мужчине, что сидел по правую руку от меня.

В отличие от Тёмы я не смогла проглотить ни ложки супа, крошила кусочек пшеничного хлеба, сосредоточившись на своих ощущениях и мыслях.

Неловкую тишину за столом нарушали банальные фразы, сказанные наигранными голосами актеров, и болтовня малыша.

– Лер, пупс доел?

– Да.

– Отлично. Я уложу его спать.

– Не нужно, я сама это сделаю. – Я суетно поднялась со стула, пытаясь опередить подругу.

– Еще чего. Я соскучилась по пупсу. Целый день его не видела.

Миа ловко расстегнула ремешки безопасности на стульчике для кормления и не менее ловко подхватила ребенка, прижав к груди.

– Миа, – прошептала я умоляюще.

– Целуй. – Она повернулась так, чтобы мне было удобно поцеловать малыша в щеку. – И другую. – Я покорно выполняла сказанное. – Отлично, а теперь мы уходим.

– Миа! – я не сдержала выкрик.

– Спокойной ночи, – ответила подруга.

Что же она делает? Миа прекрасно знает, в какое неудобное положение ставит меня сейчас. Находиться наедине с Адамом для меня настоящее испытание. Он – взглянула на мужчину, – он лишает меня выдержки, спокойствия, уверенности.

– Спокойной ночи, – ответила я запоздало.

Я села за стол, но заняла место Мии.

– Почему ты не ешь? – Адам помог переставить тарелку и протянул приборы.

– Не голодна. Пока готовила, напробовалась. То там кусочек съела, то здесь.

Оборотень улыбался, и в его улыбке я увидела снисхождение. Действительно, кого я пытаюсь обмануть? Существо, что с легкостью чувствует чужую ложь?

– Что-то не хочется, – добавила.

– Зря. Вкусно.