Я тебя похищаю

Всех, кто похож на Марину.

Теперь из моего рта вырвался нервный смешок, а сердце забилось с такой скоростью, что я едва не захлёбывалась от этого стука. В голове не укладывалось не только то, что сказал мне Ледов… Но и то, что это напрямую касалось меня.

— Мой отец в силах меня защитить, — сказала я дрожащим голосом, вскинув взгляд на Глеба, стоящего в полуметре от меня.

— Исключено, — мягко ответил он. — Ему я не доверяю. Только себе.

— И он вот так просто согласился, чтобы я осталась у тебя только потому, что ты сказал ему про какие-то там убийства?

Я даже не успела понять, что происходит, когда перед моим лицом возник экран моего же телефона.

— Эту девушку он убил в парке. Я не скажу, что она настолько похожа на Марину, как ты… но над ней он поиздевался особенно извращённо. Показать других?

Я замотала головой и отступила на шаг, прижимая ладонь ко рту.

— Нет… я не хочу…

— Правильно, — кивнул Глеб.

Ледов отошёл, так и держа в ладони мой телефон. Он будто бы сомневался, что его стоит оставлять мне. Но всё же положил сотовый на стол и прежде, чем уйти, сказал:

— Помни о том, что стоит делать, а что — нет. Если я пойму, что ты вопреки разуму рассылаешь какие-нибудь воззвания спасти тебя от монстра, очень быстро ты будешь лишена телефона навсегда.

И он просто вышел. А я осталась с ужасающим чувством, что напрочь не хочу не то что брать свой телефон в руки. Я не желаю даже подходить к нему.

15"

"Когда ты теряешь кого-то, рано или поздно в твоей жизни появится новое имя, которое сотрёт предыдущее в прах.

Глеб не мог ручаться, что эта цитата воспроизводится в его голове с точностью до слова, но она была наиболее близка его мироощущению в последнее время.

Марины не стало довольно давно, и за годы, что прошли с её смерти, Ледов научился отключать все эмоции, связанные с погибшей женой. Сделать это было довольно просто, потому что Марина сама уничтожила то, что их когда-то связывало. Сначала Глеб злился. Он просто не мог понять, почему их жизнь вдруг стала напоминать ад. Он ведь делал для неё и их дочери всё, что мог. Пахал, как проклятый, с утра до ночи, лишь бы его семья ни в чём не нуждалась.