Я тебя отниму

– Это Ангелина. Моя девушка. Знакомьтесь.

– Привет!

– Велком, Ангелина, – понеслось со всех сторон, и девушка порозовела от такого внимания, спрятавшись за плечо Вадима.

Ребят усадили за стол в другой стороне стола. Вечер потёк своим чередом. Только мне будто уши пробкой закрыли. Я чувствовала, как кровь прилила к лицу, а потом вдруг отхлынула. Отпила воды, в горле совсем пересохло.

Что ж… У Вадима жизнь продолжается и без меня, как я и думала. Я не стала самой большой потерей в его жизни. Он даже завёл себе девушку.

Раз он привёл её сюда, знакомиться с друзьями, то значит, относится к ней довольно серьёзно. Ему тоже захотелось остепениться после армии. Рада за него, искренне желаю счастья.

Что ж так горло-то сушит? Снова потянулась за стаканом с водой и поняла, что руки дрожат.

Успокойся, Алина, всё в прошлом. Ему больше нет до тебя дела, можешь успокоиться наконец.

Пока несла бокал обратно, перехватила снова взгляд синих глаз на себе. Чуть не выронила воду. Поставила стакан и опустила глаза в тарелку, чувствуя на себе пристальное внимание Вадима.

"

"Глава 38"

"В этот вечер Вадим себя никак не проявлял в мою сторону, кроме взглядов украдкой. Решил, видимо, всё же не трогать меня и попытаться построить свои отношения вместо того, чтобы и дальше рушить чужие.

Я не была против этого. Я не хочу, чтобы он снова преследовал меня, касался, говорил со мной. Ничего не хочу. Хочу покоя с выбранным в спутники жизни парнем, а эти мексиканские страсти вовсе не для меня.

Ангелина счастливая.

Она может ответить Вадиму без оглядки назад. Надеюсь, она сможет сделать его счастливым и даст все то, чего он искал у меня, но так и не сыскал.

Мы стали встречаться в компании всё чаще. Виталик вполне поверил в зародившиеся отношения Вадима и Ангела, как он звал её, и ревновать как Отелло перестал. Я тоже поверила. Пусть будут счастливы. Красивая пара. Хотелось порадоваться за него, но не очень получалось. В этом я готова признаться лишь себе наедине.

Да, в сердце упорно кололо, когда я видела, как он её обнимает, целует, и ей не нужно никуда бежать – от своей совести, от страха, что их поймают.

Завидовала ли я? Нет. Я и сейчас поступила бы также – снова выбрала бы Виталика. Но сожаление всё же было. И ревность.

Да, ревность… Никуда не могла от неё спрятаться. Лишь со временем она утихнет, когда я привыкну, что он больше несвободен. Так же, как и я. Возможно, я стала даже понимать его – что он испытвал, глядя на меня с Виталиком.