Я тебя отниму

Хочу его горячий член в себе, почувствовать толчки, испытать этот кайф и разделить его с ним, вместе дойти до финала… Но он только дразнит…

– Возьми меня, – прошу уже я, не выдерживая это томление внизу живота.

Хочу, чтобы он уже снял это напряжение. Хочу его. Хочу секса с ним.

Он уже склонился надо мной, как вдруг меня кто-то затряс за плечи.

Резко распахнула глаза и выдохнула.

Ничего не могу понять. Я…спала? Это был сон? Про секс с Вадимом, где я просила его…взять меня? Кошмар какой…

Перевела взгляд на Виталика.

– В чём дело? – спросила хриплым со сна голосом.

И не только со сна. Я в самом деле была сейчас на грани возбуждения. Этот сон свёл меня с ума. Бельё мокрое, я чувствую. Тело пульсирует, требуя разрядки.

– Ты так стонала, что я сам поймал стояк и чуть не кончил, – сказал он и стал прижиматься ко мне.

Боже, я еще и стонала? Чёрт… Но я не хочу секса с Виталиком.

– Что тебе снилось? Рассказывай. Я? – продолжал говорить Вет, целуя шею и ныряя рукой в мокрое бельё. – Ого… Ты чего такая возбуждённая?

– Ничего, – ответила я. – Во сне такое бывает. Извини, я в душ.

Убрала его руки от себя и встала с кровати.

– Ну какой душ, Алин? Я теперь секса хочу капец как. Ты меня завела своими стонами, а теперь убегаешь.

– Извини, не сейчас.

Закрылась в ванной, пытаясь прийти в себя. Штирлиц снова был на грани провала.

Я думала, всё осталось в прошлом. Но тогда откуда этот сон?

Во сне я была такая…раскрепощённая. Я в принципе себя ни с кем так не вела, в постели я довольно скромно себя веду, а тут сама просила меня трахнуть.

С ума сошла, что ли? Даже в снах Вадим порочнее некуда, и меня совратил…

Как же теперь всё выкинуть из головы? Ещё и идти к нему домой вечером, смотреть в эти синие глаза и сгорать от стыда…"

"Глава 40"

"Вечером поехали в дом Вадима.

Гостей было уже много, когда приехали мы. Обычная вечеринка, ничего сверхоригинального. Застолье, веселье, песни под гитару. Только я после поздравления с именинами старалась не смотреть в синие глаза. Тут же в голову возвращался сон и заставлял гореть мои щёки.