Я тебя ненавижу

Вне гимнастического зала, оставаясь наедине с собой, оказывалась из раза в раз в чистилище, которое было приготовлено специально для меня, поэтому у меня не было передышек и иного времени для отдыха помимо сна.

Данилевский видел моё состояние, а я начинала замечать в нём признаки человечности. Даже он не мог столкнуть меня в ту пропасть, в какую я загоняла себя в гимнастическом зале. Боль в мышцах, боль от синяков и содранных мозолей стала моим искуплением. Я была его идеальной ученицей, слушалась беспрекословно и ни разу не поставила под сомнение его решения.

Одна из гимнасток, которую утвердили на Олимпийские игры, получила совершенно дурацкую травму, подвернув ногу. Пустяк, но у неё был надрыв связок, на восстановление требовалось время, и подготовиться к играм на должном уровне она бы уже не успела. Так моё имя появилось в списках сборной России и меня отправили тренироваться на «Озеро Круглое». Но я знала, какой огромный труд был проделан для этого Данилевским, он убедил главного тренера сборной, что именно я должна быть в команде.

Ни личной жизни, ни семьи рядом, ни учёбы. Только гимнастика."

"Взяла академический отпуск, планируя когда-нибудь продолжить обучение либо в крайнем случае вновь подать документы в университет. Бабушка была со старшей сестрой в Америке, и мне оставалось общаться с ними только по скайпу.

Почти ничего не отвлекало меня в Китае. Разве что допинг-офицеры, которые ходили за нами по пятам.

У нас с Данилевским был уговор. Он не заставляет меня до выхода на помост давать интервью и отвечать на вопросы журналистов, а я после исполнения программы даю отчёт только о пройденном этапе, но отказываюсь отвечать на вопросы о том, что я думаю про соперниц или свои шансы.

Моей целью было абсолютное первенство и призовые места на отдельных снарядах. Я реально оценивала свои возможности и могла взять золото в финале на бревне и брусьях.

Наша команда не была сильнейшей на этих состязаниях, поэтому, когда мы кое-как прошли квалификационный этап и не стали первыми в командном зачёте, мало кто был удивлён.