Я тебя не отпущу (СИ)

Еще позже — окончательно пропал, сделав ее своей.

Те несколько недель вместе стоили всех прошедших лет ожидания. Наши ссоры, ревность, секс — все было на высшем уровне. Двое чокнутых под одной крышей. Двое голодных в одной кровати.

Никаких стоп-слов не было. Никакого смущения. Трахались, изводили друг друга, проверяли матрас на прочность и отключались... как долбаные малолетки — не порознь, чтобы наконец расслабиться и отдохнуть, а впритирку! Изгиб в изгиб! Кожа к коже! Мы будто даже после секса надышаться друг другом не могли.

А теперь... Я держу Диану на руках, чувствую ее дрожь и боюсь напугать любым случайным касанием.

Чтобы не сбежала, прячу желания и мысли. Жму на все тормоза, какие можно придумать.

Контролирую дыхание.

Заранее продумываю каждый жест и слово.

Мечтаю о прочной веревке, которой можно было бы связать себя по рукам и ногам.

Пиздец во всех его блядских оттенках!

Всратый бумеранг, который, вместо того чтобы ударить мне в голову, прилетел по другому адресу. Туда, где больнее.

— Спасибо, — произносит Диана в ответ на сказанное о сокамерниках.

Она убирает руки с плеч. Уже не зажимается. Смотрит мне в глаза.

— Он прошлое. Больше тебе никто не угрожает и не станет угрожать.

Несмотря на сложную ситуацию с «китайцем», я ни секунды не сомневаюсь в своих словах. Устрою кладбище из врагов — никто Диану больше не тронет. Понадобится — буду сворачивать шеи всем, кто не так на нее посмотрит или решится перейти дорогу.

— Ты не изменился. Даже говоришь то же. — Она грустно улыбается.

— Не изменился. Но я умею делать работу над ошибками.

Кладу правую руку на ее талию и тяну Диану ближе к своей груди. Без единого намека. Просто потому, что не могу больше. Хреново от каждого сантиметра между нами. Сбоит от чужой боли, как от своей собственной.

— Я бы тоже хотела... уметь. — Она не сопротивляется, но и не льнет. — За эти два года со мной работали три психолога. Мы пытались разобраться со всем.

От этого ее «перепробовала» на душе бездна с демонами распахивается. Вспоминаю и смазливую рожу Боровского, и лоснящийся фейс Фролова, и собственного дядьку, который не скрываясь ел Диану взглядом во время ее выступления на презентации.

Сразу же становятся понятны те фотографии и записи из клуба.

Это была попытка близости. Не со мной, так хотя бы с лучшим другом. Ненормальная, по моим представлениям.