Я тебе (не) подхожу (СИ)

В смысле умолял о прощении? Он ведь этого не делал.

Да, его мать приходила просить за него — целый один раз, но сам он так и не счел нужным хотя бы извиниться, не то что умолять о прощении.

— Что тебе стоило его простить, а? — продолжает орать Артем. — Я тебя спрашиваю?! Прости ты его тогда, он остался бы жив!

— Артем, да кто тебе сказал это все? — прерываю я поток его бреда. — Марат ни разу, ни одного гребаного разу не пришел ко мне! Я серьезно.

Ребров затыкается, хлопает глазами, недоверчиво хмурится. Потом трясет головой и злобно выплевывает:

— Ты врешь! Потому что иначе выходит, что врал мой брат.

Нет, он не стал бы мне врать, он никогда мне не врал. Это ты виноват!

Сдается мне, кто-то плохо знал своего брата. По тому, что я помню, Беляев не отличался добрым нравом и хорошим поведением.

— И зачем мне врать? — задаю резонный вопрос."

"— Потому что не хочешь брать на себя вину за его смерть. Марат пошел по наклонной из-за тебя. Потому что ты лишил его бассейна и прыжков — единственного в жизни, что ему нравилось.

Он так мечтал попасть в сборную страны, много готовился… А затем случился ты!

Артем тыкает в меня указательным пальцем в воздухе.

— Начались все эти драки в школе, ссоры с предками. Ушел отчим, потом мы переехали. Потом Марат связался с отморозками и в восемнадцать загремел в тюрягу, где его убили в драке. И все по твоей вине.

Он уходит в себя на несколько мгновений, кривит лицо, словно от боли. Опускает голову и продолжает так, будто меня нет:

— Прости ты его тогда, он бы жил.

Продолжил бы ходить в бассейн, не связался с теми утырками… Он был примером для меня. Любимым братом. Пусть у нас были разные отцы, но мы были ближе, чем многие родные. А ты его у меня отнял! Ты отнял у него то, чем он так дорожил. Именно тогда я решил, что ты за это ответишь. Мне пришлось долго ждать, но время пришло.

Так вот почему у них разные фамилии…

Артем умолкает, а я пытаюсь переварить все то, что он наговорил.

Выходит, Марат предпочел свалить вину на меня, и брат ему поверил.

Неудивительно, он был одного со мной возраста, наверняка внушить ему весь этот бред не составило никаких проблем.

Что самое печальное: кто знает, как все обернулось бы, приди Марат на самом деле извиниться. Скорее всего, совсем не так, как вышло в итоге.

Я ведь хотел простить и в первый раз, когда за него просила мать. И это Артем называет жестокостью?

Но Беляев явно не раскаялся, раз не пришел сам, хотя брату наплел совсем другое.