Я сломаю твою жизнь

Мотаю головой.

Тогда он достает телефон и звонит куда-то. Просит кого-то приехать.

– Что ты? Зачем? – шепчу я.

– Скоро врач приедет.

– Зачем? Не надо Тимур…

– Ты совсем глупая? – злится он. – Ты одна дома и ты чуть сознание не потеряла. А если бы меня не оказалось рядом?

Хочу возмутиться, но сил нет.

Тимур достает градусник и берется за пуговицы на моей пижаме. Я кладу свою руку на его.

– Температуру измерю, – тихо говорит он, расстегивая пуговицы.

Просовывает мне подмышку градусник, но руку не убирает.

Мы смотрим друг другу в глаза. И я чувствую, как его пальцы чуть надавливают. Не сильно, но я чувствую это движение. Замираю.

Тогда он другой рукой расстегивает следующую пуговицу.

– Не надо, Тимур, – прошу я чуть слышно.

– Я только посмотрю, – хрипит он и немного приоткрывает пижаму. Двигает руку чуть ниже и сосок оказывается под его ладонью.

Он трогает мою грудь! Что же я делаю? Я позволяю ему.

– Тимур… – прошу опять. Это неправильно. Надо остановить его.

– Если бы ты знала, Лика… – произносит он хриплым голосом.

А сам уже сильнее сжимает свои пальцы на моей груди.

Наклоняется и шепчет мне в ухо:

– Я так хочу тебя, Лика. Тебе же нравится?

Пальцами зажимает сосок. Я прикусываю губу.

Аркадий никогда не уделял моей груди столько внимания. Мне даже этого не хватало порой. И во время секса я сама ласкала ее."

"Поэтому организм так живо реагирует на ласки Тимура.

– Смотри, – продолжает он шептать своим хриплым голосом, – мурашки.

Чуть тянет его.

– И уверен, что там, внизу, уже мокро, – слышу усмешку.

Ведет руку вниз. Но тут термометр подает сигнал о том, что температура измерена.

Тимур чертыхается и берет его. Смотрит.

– У тебя высокая температура, – говорит уже серьезно.

Кладет градусник. Взглядом скользит по моему открытому взору телу и застегивает пижаму.

– Не сейчас, – говорит как будто себе. – Не сейчас. Хотя я вижу, что ты тоже хочешь.

Улыбается уголком губ и довольно смотрит на меня.

– Глупости, – я отворачиваюсь. – Ты воспользовался тем, что я болею и не могу противостоять тебе.

– Глупенькая, – Тимур берет меня за подбородок. – Меня не проведешь. Спорим, киска намокла?

– Киска? – удивляюсь я. – Что за выражения?

– А твой «почти» жених не называет тебя так? – с издевкой спрашивает Тимур.

Я лишь фыркаю в ответ. Аркадий вообще мало говорит и уже тем более во время секса.

– Молчишь? – не отстает Тимур.