Я сделаю нам больно

Твои трусики становятся влажными, когда я касаюсь тебя…

Да, будь ты неладен, Леднёв! Да! Я признаю это! Хотя бы наедине с собой…

Девушка выгнулась дугой от прикосновения собственных пальцев. От резкой тяжести и пульсации там… в паху заломило, а дыхание срывалось, больше походя на загнанную лошадь. Чтоб тебя…

Её пальцы становились быстрее, а ноги дрожали сильнее. Казалось, что даже грудь потяжелела от возбуждения. От мысли, что это его пальцы снова касаются её. Что сейчас она здесь не одна. Быстрее… блондинка приникла к прохладной стене грудью, успокаивая ноющие соски.

Свободной рукой облокотилась на стену, и выгнулась ещё. Отводя бёдра назад и, снова цепляя зубами и без того покусанную губу. Жгучее наслаждение концентрировалось между ног.

Что не нужно? Ты же хочешь…

Жёсткий напор воды сверху хлестал её поясницу и отведённые назад ягодицы. Словно подыгрывая ей.

Да…

Мила почувствовала, что больше не выдержит. Чем ближе был пик, тем быстрее движения. Ненавижу тебя, кретин Леднёв! Поднялась на носочки и крепко зажмурилась.

Горячая волна наслаждения захлестнула рассудок. Тело неестественно изогнулось, ноги скользнули, и Мила одновременно с оргазмом успела ухватиться за металлическую опору. С губ слетел неконтролируемый стон и всхлип. За ним ещё один…"

"Ноги продолжали дрожать, как и руки. А мелкие взрывы всё ещё не утихали внутри. Дёргали за ниточки, окончательно погружая в сладкую негу. Так хорошо ещё не было никогда.

Мила не открывала глаз ещё с минуту. Выравнивала дыхание, и вслушивалась в шум воды.

Ещё… ещё минуту.

Выключила воду и на слабых ногах вышла из кабинки. Не было больше ни сил, ни эмоций. Все они вместе с водой и волной экстаза ушли в водосток.

Промокнула волосы пушистым полотенцем. Стёрла капли с разгорячённой кожи и снова завернулась в халат.

Сон. Большего ей и не нужно. Стряхнуть с себя этот день и погрузиться в мир, где всё именно так, как хочется ей. Мир, где всегда главенствуют её правила. Почти всегда. Там, хотя бы, нет его…

Девушка медленно открыла дверь уборной, и на миг застыла.

Замерла, вглядываясь в тёмные стены квартиры. Снизу доносились приглушённые голоса из телевизора в спальне их родителей. Из-под двери Леднёва младшего просачивалась тонкая полоска света.

Доволен собой? Теперь ты доволен, гад?

Мила тихо фыркнула и, потушив свет в ванной, проскочила в свою спальню, плотно прижимая за собой дверь. Только сейчас свободно выдохнула. В паху всё ещё вибрировали остатки наслаждения.