Я сделаю нам больно

– Закрой свой рот. И не смей. Слышишь? Не смей лезть мне в душу. Кто ты такая, мать твою?!

Было похоже на то, что она коснулась оголённого провода. Уязвимого... девушка, не моргая, смотрела на его чуть подрагивающий кадык. Не в силах пошевелиться. Ощущая яростное жжение в глазах.

Молчи, Мили. Просто молчи… не говори больше ничего. И тогда, возможно, он отойдёт от тебя. Отпустит. Позволит выдохнуть, и прийти в себя. Хотя бы немного.

- Ты… - дура, зачем ты это говоришь?? – ты не причинишь мне вред. Все твои слова… они… ты просто прячешься…"

"- Не испытывай судьбу, Назарова.

Миг. И горячие губы впились в её рот жёстким поцелуем. Тут же поймал её руки, которыми она замахала в попытке увернуться от него.

Провёл горячим языком по её нижней губе, и в голове у блондинки разорвалась петарда. Больно, громко. Почти оглушила. Ноги перестали держать, а под веками заплясали огоньки. Зачем она вообще закрыла глаза, черт возьми?!

Мгновение… и Леднёв отстраняется. Медленно расправляет плечи и вытягивается во весь свой немаленький рост.

- Тебя твой рыжий гандон даже целоваться нормально не научил? – скривился, демонстративно стирая со своих губ влагу.

Отвернулся. Он уходит…

- Иди к чёрту, – провожая взглядом, полным ненависти, его широкую спину. – ты… проглатывая, наконец, язык, и ощущая горечь… везде, где только можно.

Глава 15

Если бы можно было растянуть такие моменты, он бы наверняка воспользовался такой возможностью. Нажать на паузу. Остановить время.

Мокрый, вспотевший, уставший. Когда мышцы болят, а лёгкие горят от каждого вдоха. Каждый глоток кислорода царапает глотку, обжигая внутренности. Но счастливый. С абсолютно пустой башкой. Осенний сквозняк вышвырнул из больной головы всё лишнее.

- Бля, - выдыхает Жека, падая рядом с брюнетом на деревянный настил. Дышит с трудом, и встряхивает пальцами каштановую шевелюру. С тёмных волос летят мелкие брызги.