Я сделаю нам больно

Ресницы нечаянно дрогнули.

- А сейчас? Уже нормально?

- Почти. Я хотела поискать глазные капли в аптечке. Или антигистаминные лекарства. У нас есть?

Изящные брови выгнулись дугой. Внешнее спокойствие шло в резонанс с ревущей в груди обидой. Она ломала рёбра. Она так и не отпустила её. И... отпустит ли вообще?"

"- Есть... - мама отступила на пару шагов и обвела дочь душащим взглядом. – Спускайся вниз. Я приготовила всем завтрак. Сейчас найду лекарства...

- Пять минут мам. Только зубы почищу? – стянула на поясе халат, до сих пор ощущая жжение на коже в местах, где были его руки.

- Давай. Илья с Пашей уже за столом. - Бросила на Милу короткий взгляд, выскальзывая из комнаты.

- Илья? – она не верила своим ушам. Он что, здесь?! Вся кровь отлила от лица. Словно ей дали пощёчину. До дрожи отрезвляющую. И утягивающую за собой в её персональный ад.

- Да. Он сегодня ночевал здесь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 38

То есть как: ночевал здесь?

Эта фраза билась в мыслях раненной птицей.

Чего он добивается? Чего хочет? Он и так сделал всё, чтобы сейчас Мила чувствовала себя сломленной. Раздавленной, опустошеной.

Из рук все валилось. Кое-как девушка приводит себя в порядок. Наспех одевается и по инерции хватает телефон.

У двери задерживается. Понимает, что оттягивает неизбежную встречу. Если она помедлит, за ней обязательно придут. И Мила уверенна, что Леднёв вызовется первым.

Этого она не вынесет. Уж лучше встретиться с ним при свидетелях.

Каждая ступенька, кажется очередным кругом ада, и каждая из них ведёт в самую настоящую преисподнюю. Вот только их не семь... В два, а то и в три раза больше.

Очередной шаг врезается тонкой иглой в сердце.

Его спину она видит в первую очень. Сгорбился, локтями упёрся в белую скатерть. Он расположился по правую руку от отца.

Мила задерживает дыхание и быстрыми шажками проскальзывает мимо Ильи.

- Доброе утро, - еле шевелит губами. Садится возле мамы, пристраивая рядом с тарелкой телефон.

- Доброе, - отзывается Павел.