Я — полукровка. Академия Млечного пути

Получается, дверь была настроена на активацию от прикосновения или люмена, или вампира? Или обязательно одновременно?

— У вас там всё в порядке? — это уже Ник заглянул в открывшийся проём, и я поспешила сползти с Данте.

И почему-то при этом густо покраснела. Одно дело, когда мы с ним наедине позволяем такой телесный контакт, другое — когда это видят сокурсники.

— Да, но пока не заходите, — Лорк приподнялся, оглядываясь. — Позовите магистра Рамино и выпускников.

— Да, магистр! — хором ответили Сиб с Ником, и в следующую секунду за границей арки стало тихо.

Я осталась с Данте наедине. Впрочем, магистра в этот раз больше интересовало место, куда мы так нагло ввалились. Небольшая пещерка была уставлена полуразрушенными лавочкам. Возможно, здесь раньше прихожане ожидали своей очереди перед чем-то нам неизвестным. В противоположном конце виднелся новый проход.

— Ну что, пойдём изучать неизведанное, первооткрывательница? — посмотрев на меня, подмигнул Данте.

— А как же ""первокурсникам не место на площадке""? — все же я не упустила возможности съехидничать.

Рассмеявшись, Лорк поднялся и подал мне руку.

— А смысл тебя выгонять? — он дёрнул меня к себе и прошептал в губы. — Неровен час ты ещё где-нибудь дверь откроешь, спасай тебя потом.

— Когда дело касается только меня, я не нуждаюсь в помощи, — как можно холоднее ответила я и упёрлась руками ему в грудь.

— Колючка… — магистр отпустил меня, но при этом еле слышно добавил, — моя.

А на мой недоумённый взгляд лишь хмыкнул и двинулся по широкому коридору навстречу темноте. Воздух в тоннеле удивлял своей чистотой, будто храм и не стоял несколько сотен лет в запустении. И никакой тебе затхлости и обилия паутины.

Данте я нагнала только, когда мы вышли к очередному каменному залу. И здесь действительно было более применимо слово ""зала"". Если первая пещера больше походила на естественный грот, то сейчас мы оказались в грандиозном по своей обработке и размерам помещении.

Но самое впечатляющее находилось с противоположной стороны залы. Там, скрестив ноги, восседала вырубленная из скалы прекрасная женщина, которая держала на вытянутых руках две чаши-платформы.