Я никогда тебе не покорюсь (СИ)

Наверно, легче будет умереть, чем снова жить бесправной горькой жизнью, особенно после той ночи в комнате отца? Как бы устроить так, чтоб и народ не пострадал, и смерть моя была не бесполезной и почетной?

- Даже не думайте об этом, принц, - оруженосец, как всегда, безошибочно угадал мои мысли, - вам надо жить, вы помните об этом!

- Надеюсь на тебя, мой верный друг, - улыбнулся я, - твоя задача очень сложная: объединить войска и научить всему молодежь. Я постараюсь выжить, но если со мной что-то случится, я знаю, ты сумеешь встать во главе нашей армии и вернуть Таргасе ее былое величие.

***

С утра погода хмурилась, накрапывал дождь, а к полудню, то есть к назначенному времени казни, небо и вовсе разразилось ливнем. Правда, шел он недолго и быстро ослабел, но жители вышли на улицы в широких соломенных шляпах, которые скрывали лица больше чем наполовину и служили отличной защитой от льющих с неба струй воды.

Это было хорошим знаком, и можно было не бояться, что меня узнают раньше, чем нужно.

- Ведь знаю, все равно пойдешь на площадь, - сказал я Сету, собираясь уходить, - мои приказы для тебя теперь ничто не значат.

Но все же повторю: что бы ни случилось там, не вмешивайся, не пытайся мне помочь. Тебе нельзя обратно в плен, у тебя другая задача. Ты понял, Сет, что б ни случилось! Ты все равно не сможешь изменить мою судьбу!

- Но это безрассудство, принц! Такое впечатление, что вы хотите быть рабом Павила!

- Все. Хватит. Ты об этом говорил уже вчера. Я принял решение и отговаривать меня не нужно! Я не смогу жить дальше, ни в рабах, ни на свободе, если кровь этих детей будет на моей совести.

- Клянусь, мой принц! Я отомщу за вас! Жаль, что не знаем, чем вчера закончились переговоры Джива…

Я шел в толпе горожан в такой же шляпе, как у всех, одетый, как простолюдин. На меня никто не обращал внимания, в том числе и наемники, люди шли медленно и молча, подавленные предстоящим зрелищем, и это позволяло мне наблюдать за их поведением, но рядом были только женщины и дети, я не увидел ни одного мужчины, даже отдаленно напоминающего воина фигурой или походкой.

Несколько стариков и кучка подростков представляли все мужское население столицы. Возможно, я напрасно волновался и все пройдет без роковых глупостей. Сейчас приду на площадь, оценю обстановку и вовремя вмешаюсь в казнь. Раз Павил обещал при всех, он сдержит слово и отпустит девочек. Фаддея жаль, конечно, но спасти его было не в моих силах.

На площадь пропускали с двух сторон.