Я ненавижу тебя! 3 и 4 книги

Однако он никогда не чувствовал, что они его собственность. Да, по законам их мира они ему принадлежали, но не они сами, а только лишь их тела. Их душами и их мыслями он никогда не владел. А Лина… сейчас она дарила ему не только тело, нет, эта девочка дарила ему свою душу, и все свои мысли. И Герман купался в этом подарке с такой щенячьей радостью, что боялся, как бы ему не захлебнуться и не утонуть…

– Идем в душ, – хрипло сказал он, и резко начал вставать, чувствуя, как горлу поднимается какой-то странный комок, а глаза подозрительно щипает.

Лина не успела охнуть, как он подхватил ее словно пушинку на руки, и понес в душ. Чувствуя слишком легкий вес девушки, мужчина поморщился.

– Ты, что совсем ничего не ела за эти дни? – недовольно пробурчал он, ставя ее на пол в кабинке и настраивая воду.

– Ела, кажется, – тихо сказала Лина, разглядывая Германа во все глаза.

Он был идеально сложен. Не перекачен, худощав, высок. Лине захотелось потрогать каждый сантиметр его тела, и не только потрогать, но и облизать.

Лина не удержалась и хихикнула от собственных мыслей. Кажется, ее одержимость Германом зашкаливает. Но ей от этого не было плохо. Ведь она знала, что любима в ответ, и это самое главное. Все остальное неважно…

Лина уже потянулась рукой с мочалкой к Герману, как он выхватил мочалку из ее рук, и повернув девушку к себе спиной, начал намыливать ей спину.

– Тебе было не больно? – спросил он, дойдя до попы, у чуть нагнув Лину, попытался провести пальцами между ягодицами.

Девушка тут же ойкнула, почувствовав легкое жжение и отпрыгнув от него залилась краской.

– Нет, – смущенно сорвала она, отводя взгляд, – не больно. И я сама там помою себя.

Герман прищурился, на скулах мужчины заиграли желваки.

– Лина, только не вздумай мне врать, пожалуйста. Это не шутки, – от его голоса Лине захотелось поежиться. – Если тебе больно не вздумай терпеть. Всегда мне говори. Я же не монстр. Я остановлюсь.

– Я в тот момент чувствовала, только смущение и возбуждение, боли не было, – прошептала Лина.

Герман выдохнул.

– Обещай, что всегда будешь говорить со мной, если вдруг почувствуешь боль.

– Обещаю, – улыбнулась она, чувствуя, как в сердце распирает от нежности… Ведь Герман заботится о ней.

Отобрав у девушки мочалку, он продолжил ее мыть, проверяя пальцами все, что только можно проверить.