Я ненавижу магические академии

Фиффи недолго сидел у меня на плече, он осторожно спустился вниз и пополз между аккуратными ухоженными грядками. На ближайших грядках росли разнообразные пряные растения, Фиффи они поначалу заинтересовали, но когда он понял, что никакого мяса к ним не прилагается, то разочарованно пополз дальше. Никаких куч грифоньего помета видно не было, так что я могла не беспокоиться, что он объестся и свалится где-нибудь в изнеможении. Пусть походит, освоится, мы же здесь не на один день.

В теплице было ужасно душно, так что я промаялась еще пару минут перед дверью, да и вышла наружу, решила ожидать заведующую там.

А то она отдыхает, а я здесь мучаюсь. Нужно будет, чтобы время ожидания засчитали в рабочее – ведь я пришла, и не моя вина, что некоторые так долго едят. А поела Фьордина Вайль явно с удовольствием. Когда я ее увидела, она неторопливо шла по мощеной дорожке с умиротворенным выражением лица, которое у нее сменилось на недовольное сразу же, когда она меня увидела. Видно, до последнего надеялась, что я не приду. Но я улыбнулась ей радостно, как ближайшей родственнице, которая завещала мне свое немаленькое состояние.

– Фьордина Вейль, хорошего вам дня!

– Хорошего дня, фьорда Берлисенсис, – сухо ответила она мне. – Я вижу, вы горите трудовым энтузиазмом.

– Конечно, фьордина Вейль, – радостно сказала я. – Ведь работать с растениями – это так интересно!

Взгляд ее смягчился, видно мне все же удалось найти нужные слова. Теперь бы запомнить, что она – страстная любительница не только хорошо поесть, но и пообщаться на тему «как прекрасен растительный мир».

Хорошим отношением того, от кого ты зависишь, пренебрегать не стоит, это еще моя бабушка говорила.

– Ах да, фьорда, вы же говорили, что у вас растительный питомец есть, – вспомнила она.

– Я его с собой взяла, – обрадовала я ее. – Бедный Фиффи так грустит в одиночестве, что я никак не смогла его одного оставить.

– Похвально, – заметила заведующая уже намного мягче. – Но где же ваш Фиффи? Или он столь мелок, что заметить его сложно?

– Он пока осваивается в оранжерее, фьордина Вейль, ведь нам придется там много времени проводить, а он у меня такой застенчивый, ему требуется одиночество, чтобы привыкнуть.

Она понятливо покивала головой:

– Возможно, вы не столь безнадежны, фьорда, – довольно сказала она открывая дверь.

Мне казалось, что она собиралась еще что-то добавить, но теперь стояла на пороге и хватала ртом воздух.