Я не царь. Книга XXIV

Настроение было и так не самым жизнерадостным, но все же Миша немного ее обрадовал, сказав, что будет на ее стороне что бы ни случилось. Но новости об объявлении войны от Карамурзиных оставили осадочек. Хотя Света и так догадывалась, что этого не избежать, но с каким цинизмом этот князь говорил про то, что она может навредить еще кому-то?

— Лучше бы следил за своим сыном, — бессильно произнесла она и упала на кровать.

Она слышала много историй про этого уральского князя, и все они были одна хуже другой. Человек шел по головам.

"Подавляешь бунт самыми жесткими методами, а потом устраиваешь праздник в городе с бесплатной раздачей ширпотреба. И все. Народ уже забыл, и любит своего господина.

Дела с каждым днем шли все хуже, и Свете казалось, что она погружается в бездонную бездну.

Потом происшествие с отцом. Теперь вот это… Почему судьба к ней так несправедлива?

Она достала телефон и перечитала переписку с отцом. Последнее время она часто это делала.

Тут увидела номер телефона с того странного письма про какое-то светлое будущее. А именно его сейчас так не хватало…

Почему бы не позвонить? Что она теряет? Ничего хуже уже не произойдет. Не ответят, значит, не судьба.

Света нажала на звонок. Через три длинных гудка ей ответили.

— Мы вас приветствуем!

— Здравствуйте… Я не знаю, зачем позвонила…

— Значит, судьба решила за вас. Вам надо просто поверить и положиться на нее.

Голос девушки звучал очень приятно и убаюкивал.

— Простите, подумала, что вы можете решить мои проблемы.

— Вам всего лишь надо прийти к нам в храм. Мы с вами поболтаем. Вы сможете высказаться. Мы никого не осуждаем! Каждая жизнь, даже заблудшая, достойна, чтобы ее вывели на поле и дали свободу.

Ей сообщили адрес, а после распрощались.

* * *— Ты же понимаешь, Миша, что это было сделано специально? — начала графиня, как только мы заехали в кабинет.

— Разумеется, — кивнул я. — Но это не убавляет того факта, что вы теперь в большой заднице.

Нахимова только развела руками и начала теребить полы платья.

— Я предупредил, чтобы ваши вещи и оборудование перенесли в мой дом. Тари будет вашей личной охраной, — продолжил я, садясь за стол.