Я не царь. Книга XXIV

Тот засуетился и передал княгине переговорное устройство.

— Внимание всем! Говорит княгиня Александрова. Всем приказываю отступать! Повторяю, отступаем! Уходим!

Она кинула рацию обратно солдату. Кутузова же стояла немного растерянная."

"— Эм… Ты что, сдаешься? — искренне удивилась графиня.

— А что мне еще делать⁈ Сука… Карамурзин, заключил сделку с хаосом и мне не сказал? Я бы первая его сдала! Теперь на моем роду такое пятно…

Кутузова в смешанных чувствах подошла к командиру отряда и взяла у него рацию.

— Говорит графиня Кутузова.

Александрова кивнула в знак благодарности своему заклятому врагу и пошла к машине. Кутузова проводила ее взглядом и повернулась к своим.

— Машину и к особняку! Живо!

Она поняла, что волна хаоса прошла как раз оттуда, а значит, там может быть и ее дочь, и Михаил, и Карамурзин, которого она хотела лично придушить. Потом бы попросила Лермонтова воскресить гада и отдала бы под суд.

* * *Действие протоколов окончательно закончилось. Вообще все закончилось.

Как только исчез купол, я попросил Валеру вывесить тело князя на всеобщее обозрение. Так что он без лишних мыслей поднялся на крышу и привязал тело к шпилю.

Жестоко? Может быть, но именно так мы остановим боевые действия. Как всегда и бывает — из-за прихотей одного человека гибнут сотни, тысячи людей.

Любавка сообщила, что Маша и Дункан в безопасности. Тари также сказала, что Свету с близняшкой забрал специальный отдел Канцелярии и они уже летят в Москву.

Кажется, все обошлось.

Лора появилась напротив и присела на корточки.

— Даже удивительно, что никто из наших не погиб.

Что это, счастливое стечение обстоятельств? Удача?

— Готово! — в зал вернулся Валера.

Вот кому меньше всего повезло в войне. Погонял каких-то странных ребят, попрыгал, побегал, но никаких интересных сражений не застал.

— Что будем делать с пленными? Может я попробую их уничтожить одним ударом?

— Не надо.

— Надо позвонить Наде, уточнить, — посоветовала Лора.

Люся хлопнула меня по плечу, закончив восстановление.

— Ну, князь, как себя чувствуешь?

Честно говоря, тело ужасно болело после протоколов. Когда это я еще применял все четыре? А? Вот и я не помню!

— Нормально, — пришлось соврать, чтобы не огорчать лекарские чувства.