Я (не) прощу тебя. Измена мужа

Я безмерно счастлива, что именно вы были моим лечащим врачом. Я пойду. Меня там дочка с мамой ждут.

– Бегите, конечно, Ксения. И да! – окликает меня, как раз в тот момент, когда я уже стояла возле пластиковых дверей, собираясь выходить. Обернулась, вскинула вопросительно бровь. – Надеюсь, что больше не увижу вас здесь.

Женщина, улыбнувшись, подняла руку в прощальном жесте. Я помахала ей в ответ, и как только замок щелкнул и дверь поползла в сторону, поспешила выйти.

Спускаясь на лифте, я предвкушала встречу с Кирой.

Наше отделение было закрыто на карантин из-за женщины, заболевшей ветрянкой. И как бы мы не возмущались и не просили о встречах с родственниками, нам отказывали. Хорошо хоть, через WhatsApp можно было смотреть на дочку по видео.

Наконец лифт остановился, и я нетерпеливо вышла в огромный, пустой вестибюль. Сделала глубокий вдох и быстрым шагом направилась к выходу.

Возле дверей замялась на секунду, поправляя лямку сумки, а потому не сразу заметила, что на пороге меня ждет «сюрприз», как оказалось, не очень приятный.

Толкаю дверь с улыбкой на губах и как только замечаю Семена и Аркадия, она тут же сползает.

– Мама!

Дочка, раскрыв ручки, кидается ко мне. Ее платьишко развевается по ветру. Распущенные волосы рыжим водопадом струятся за спиной, создавая вокруг детской фигурки золотистый ореол.

Отпуская чемодан и сбрасывая сумку, опускаюсь на колени, раскрываю объятия.

Но стоило Кире подбежать, она тут же остановилась, отдышалась и нежно, почти аккуратно, упала мне на грудь, скользя руками под мышки, обняла меня.

– Сладкая моя конфеточка! Как же я по тебе соскучилась! Ты мое солнышко. Моя прелесть, – причитаю чуть не плача, поглаживая Киру по спинке.

– И я скучала, мам! Так скучала, скучала, что аж устала ждать, когда же смогу тебя обнять. А мы с бабушкой не одни. С нами дядя Аркадий приехал и твой врач дядя Семен. Они тебе цветы купили. Правда, не такие красивые, как мы с папой тебе покупали, – шепнула Кира мне на ухо, прежде чем разжать кольцо рук и отойти в сторону.

Мужчины продолжают стоять в стороне. Я поднимаюсь в полный рост. Кира переплетает наши пальцы, крепко держится за мою руку.

– Ксюша. Ну, наконец-то. Мы так по тебе соскучились, – подоспела со своими объятиями мать. Смачно поцеловала в щеку. – Я им ничего не говорила, – так же, как и Кира, мать шепнула мне на ухо, объясняя, что она не причастна к появлению мужчин.

– Ладно. Разберемся.

– Ксюша.