Я (не) прощу тебя. Измена мужа

Резко присаживаясь, поднимает папку и швыряет ее мне в лицо. Не ожидая таких выкрутасов от женщины, вскидываю руки, пытаясь поймать папку с документами, но внезапно нога соскальзывает, и ступня выворачивается внутрь.

– Будь ты проклята. Дрянь!

Эти слова я слышу в ту секунду, когда, взмахнув руками в воздухе, продолжая цепляться за пустое пространство, пячусь назад. Но в какой-то миг резкий удар, от которого из легких выбивает воздух, ставит точку в моем полете. Слышу оглушительный хруст в шейном отделе и меня мгновенно выбрасывает в темноту, и дальше я уже ничего не вижу и не слышу.

Глава 15

– Пап, я не могу найти детальку. Помоги, – сморщив носик, смотрит на меня Кира.

Отталкиваюсь от дивана и подхожу к дочери.

Треплю ее по рыжим кудряхам, а у самого за грудиной щемит, стоит только вспомнить, как Ксюша с этим гадом целовалась. Дрянь. Бесстыжая. Совсем совесть потеряла. И как только хватало наглости меня обвинять в чем-то?

Бессознательно сжимаю пальцы в кулак.

– Пап, ты злишься? – испуганный голосок Киры тут же приводит в чувство.

– Нет, родная. Просто плохая мысль забралась в голову, – стараясь выбросить из головы образ жены, опускаюсь рядом с дочерью. – Но уже все, я ее победил.

Улыбка получается натянутой, я это чувствую. Мышцы лица застыли в железобетонной маске.

– Пап, а мы когда к маме поедем? Я соскучилась по маме, – хнычет Кира.

Я моментально закипаю. Мама. Мама. Мама. Везде она! Повсюду. Ни ночью, ни днем покоя от нее нет.

Права была мать. Нужно было себя сразу сломать. Всю эту любовь к чертям послать. Но я же поверил. Думал, что единственная и на всю жизнь. А что получается?! Ксения оказалась такой же, как все. Охотница за деньгами. Впрочем, от нее было бы странно ожидать другого. Девчонка почувствовала вкус денег и решила сыграть со мной? Думала, я вообще бесхребетный, но обманулась. Спасибо опять же матери. Хоть глаза открыла. И главное — поверил в ее сказку, что рыжий цвет волос может быть генетическим сбоем.

– Нашла, ПАПА! Вот она! – Кира выставляет вперед ручку с красной деталькой от конструктора.

– Умничка. Ты у меня настоящий конструктор, – хвалю дочь, резко поднимаюсь.

Это при жене я называл Киру ребенком, девочкой для того, чтобы позлить, в то время как сердце кровью обливалось, стонало от боли предательства.