Я не была твоим врагом

Остальное время я была предоставлена сама себе, первые три часа я усиленно копалась в воспоминаниях, но результат был неутешительный – детские проказы злой девочки меня не порадовали. Таллия была действительно избалованной, истеричной особой, а ещё жестокой. Картинки, всплывающие перед моими глазами, откровенно пугали, а после некоторых меня трясло от омерзения. Она была дружна с братьями и старалась им ни в чём не уступать, отец поощрял и время от времени устраивал между ними состязания.

Но среди всего этого хаоса воспоминаний я так и не нашла подтверждение словам Лавастина о том, что девушка уже не невинна. Либо мне пока была недоступна эта часть памяти, либо Таллию оговорили…

Когда мой мозг закипел, а в висках предупреждающе заныло, я прервала самокопание, и полчаса бездумно пялилась в потолок, разглядывая трещины на деревянных балках. И даже попыталась уснуть, но так и не смогла расслабиться, беспрестанно прислушиваясь ко всем звукам, после чего я оставила эту бесполезную затею и внимательно осмотрелась.

Комната, в которую меня определили, была небольшой и мрачной. Сегодня камин не был разожжён и в помещении сразу чувствовалась сырость, а от стен тянуло холодом. Окно было настолько узким, что в него не пролез бы и ребёнок. Оно находилось от пола в метрах двух, и чтобы в него посмотреть, мне бы пришлось встать на стул или кресло.

Замок Алана Гэйра возвышался над изумрудной долиной, изрешечённой лазурными венами реки. Долина простиралась до самого горизонта, плавно сливаясь с темно-синей стеной леса. И только ярко-белые пятна редкими проплешинами разбавляли эти зелёно-синие цвета. С трудом оторвав свой взгляд от первозданной красоты, я хотела посмотреть, что находится у подножия стены замка, но увидела лишь отвесную скалу, которая заканчивалась далеко внизу насыпью огромных и острых камней…

– Сбежать не получится, – насмешливый голос мужа, прозвучал слишком громко и неожиданно.