Я на тебе никогда не женюсь

И это был последний удачный день в жизни лорда Джай-таля Съеврина

— 9-На следующее утро, проспавшись после вечернего загула, Джай обнаружил совершенно пустые карманы, бланш под глазом, разодранную в лоскуты рубашку из дорогого истсайского шелка, и счет из таверны (уже оплаченный) за устроенный им погром.

С полчаса Джай тупо пялился в пространство, смутно припоминая, что громили трактир все вместе, но по какому-то странному капризу судьбы счет выставили только ему. Кто поставил бланш — он так и не смог вспомнить.

Выхлебав пару литров воды и прочистив желудок (но не мозги), Джай поехал по друзьям-собутыльникам. Не нашел ни одного из них. Один ранним утром отбыл к месту службы. Второй еще ночью ускакал куда-то в припортовый городок, чтобы сесть на корабль, отплывающий в Содружество. Кажется, его взяли на службу в Управление Королевских Курьеров. Третий и вовсе исчез бесследно. Впрочем, Джай подозревал, что приятель просто не горит желанием с ним встречаться….

Еще одной неприятностью стала встреча с отцом.

Он и так-то не больно жаловал отпрыска, полагая, что признание его своим сыном — достаточная мера, большего мальчишка требовать не в праве. А уж после того, как на его стол попал список прегрешений Джая, отец решил: хорошего помаленьку. И поставил сыночка перед фактом: либо он немедленно устраивается на службу, и сам зарабатывает себе на кусок хлеба с маслом, либо отправляется в предгорья.

Туда, где пасутся конские табуны. Там как раз случилась недостача пастухов.

— Тех капель магии земли, которую ты так и не сумел развить до приемлемых результатов, тебе хватит, — сказал он сыну.

 — Помолвку ты разорвал, лишился огромного источника доходов.

— Отец!

— Свободен!

И Джая вынесло порывом ветра. Отец был весьма не слабым магом — воздушником.

Две недели лорд Джай-таль метался по столице, пытаясь устроиться на престижную службу, но — увы! Бастардов в аристократических семействах хватало. И не все из них стремились на пограничные блокпосты, чтобы мечом и магией оберегать границы Королевства.

Последней каплей в чашу стал приезд возлюбленной, Милли Лейн. Он примчался к возлюбленной с букетом снежно-белых роз самого редкого и дорого сорта и узким конвертом с приглашением на два лица в ратушу на бал. Приняли его благосклонно. Букет приняли, за приглашение позволили поцеловать нежную ручку, стрельнули глазками из-за раскрытого веера. Джай вознесся на вершину блаженства. Пробыв рядом с предметом своей страсти положенное время, лорд отбыл домой.