Газлайтер. Том 3

Он вонзается возле круглой коленки, прибив пышную юбку к стене, но, конечно, не коснувшись нежнейшей кожи."

"Толпа снова ахнула. Хм, молодой высший свет всегда настолько впечатлительный или сегодня день особенный? Я же сделал ровно то же самое, что Паскевич.

— Умеешь метать, значит, — мрачнеет мой благородный сучий соперник.

— Баловался немного в детстве, — пожимаю плечами. — Когда играли во дворе в «города» и «бабки-детки».

Паскевич одаривает меня бесящимся взглядом, хватает еще один нож и швыряет его намного выше — подле талии африканки.

— Сможешь повторить, любитель дворовых игр?

— Постараюсь, Ваше сиятельство, — в этот раз беру нож из середины. Не знаю почему, просто захотелось. Встаю в стойку и предупреждаю княжну: — Маша, сейчас брошу чуть выше, но ты не бойся, всё будет в порядке.

Девушка больше не дрожит. Она отвечает бесстрашным азартным взглядом:

— Я не боюсь, Даня. Бросай!

Желание девушки закон. Я и бросаю. Кинжал вонзается совсем рядом с аккуратной талией девушки.

— «Города», значит? — смотрит на меня яростно Паскевич.

Я смущенно пожимаю плечом:

— Еще «бабки-детки».

Среди зрителей раздаются хлопки, смех и забавные предложения:

— Делаем ставки, дамы и господа. Кто за то, что простолюдин сделает Паскевича?

— А давай я! — подает голос улыбчивая Лопухина Настя, вынимая из красного клатча яркую банкноту. — Ставлю тысячу на Даню!

— От меня тоже, Насть, поставь на Даню! — кричит со своего места Маша, сверкнув глазками. — Пять тысяч!

— Ого! Хорошо, подруга! — смеется Лопухина.

— А я всё же ставлю на Диму, — говорит Демидов, наш Целитель. — Пускай тысячу.

— Ах, вот так? Я на Машу с Даней, — показывает ему язык Лиля, демонстративно откинув его локоть. — Тоже тысячу.

Дворяне делают ставки. Судя по крикам, абсолютное большинство ставок приходится на Паскевича, что неудивительно. Я продемонстрировал всего два броска, а его они знают всю жизнь как любителя экзотического оружия.

— Пора кончать это затянувшееся представление, — следующий нож Паскевич бросает слишком небрежно, как мне показалось.

Тишина повисает в зале, но почти сразу начинаются шепотки.

— Блин, а если он промажет?

— Пацану лучше сдаться. Морозов его порвет!

Не обращаю внимание на гомон за спиной. Да и Маша тоже. Больше она не боится, хоть и сосредоточена. Я киваю княжне, удостаиваюсь ответной улыбки, и бросаю нож. Он вонзается в стену чуть ниже груди княжны.