Я еще царь. Книга XXX

Конечно, я понимал, что вряд ли он будет улыбаться и смеяться, когда его девушка в Кремле у Петра.

— Как ваше путешествие, Евгений Радионович? — решил я сменить тему.

— Неплохо… — замялся он. — Бывало и лучше, но жаловаться я не люблю. Скажу только, что это был отличный шанс Антону вырасти, как воину и мужчине.

— Не сомневаюсь.

Мы вошли в большой зал. В углу горел камин. Перед ним стоял длинный кожаный диван коричневого цвета и пара кресел. Также сбоку стояло кресло-качалка. Журнальный столик, на котором был поднос с чаем и печеньем.

На диване сидели Сергей Александрович и Алиса Викторовна Есенины. Антон же сидел в кресле-качалке.

Так же в другой части зала, где стояла книжная полка и одинокое кресло, я увидел Льва Николаевича. Он увлеченно читал какую-то книгу, постоянно поправляя свои маленькие очки-половинки.

— Миша? — удивился Антон, вскочив.

Он подошел ко мне, и мы обменялись дружеским рукопожатием. Никто никого не сканировал. Но про себя я отметил, насколько сильно изменился Антон. Если все обобщить, то он возмужал.

— Вижу, ты не терял времени зря, — улыбнулся я.

— Да… — кивнул тот и почесал затылок. — Миш, я хочу сказать тебе спасибо за брата.

— Не стоит, дружище, — похлопал я его по плечу, и мы прошли к его родителям.

Князь выглядел уверенно, как и его супруга.

— Как вы, Сергей Александрович? — спросил я после обмена рукопожатием с обеими супругами.

— Хорошо, — сдержанно кивнул князь.

— Как Саша?

Слово взяла супруга."

"— Он не просыпается, — ответила княгиня. — Мы ждем, когда князь Чехов приедет. Он обещал заехать на днях. Но сам понимаешь, сейчас ситуация в стране не устаканилась до конца…

— Если вы не против, я бы хотел на него посмотреть.

— Прости, Михаил, я против, — Сергей Александрович встал передо мной.

— Ля ты посмотри какой… — зашипела Лора. — Своего сыночку-корзиночку бережет, как зеницу ока! — она встала перед Есениным вплотную. — Может, надо было его воспитывать лучше? А то у пацана явно была нехватка внимания со стороны родителей! Вот он и бегал по миру, крича, что он сильнейший! Докричался.