Я ее забираю

Толчок за толчком, удар за ударом. По шее моей скатилась капелька пота, сознание отступило, смущённое, растерзанное. Вскрик с губ, его удары… Он растягивал меня, брал быстро и жёстко, а я хотела ещё и ещё, снова и снова чувствовать его в себе, глубоко, с болью и сладостью.

— Какая ты узкая… — просипел он, войдя с размаха. — Да… Маленькая стерва.

Выпустив мои волосы, он смял грудь. Очередная вспышка, очередная грань незнакомого наслаждения. Ноющий сосок о его кожу, пальцы, сдавливающие меня. Борясь с желанием выкрикнуть его имя, я закусила губу, но это не помогло.

— Макс! — на очередном его глубоком толчке вскрикнула я.

Голова моя болталась, волосы падали на лоб, щёки, на диван и плечи. Извернулась, ухватила его за руку, впилась ногтями.

— Сука! — рявкнул он, стиснул запястье и впечатался в меня членом.

Рыкнув, я кое-как толкнула его, перехватила пальцы, когда он попытался поймать мою руку. На мгновение он выскользнул из меня, и этого хватило, чтобы перевернуться и оказаться к нему лицом. Он ловил мои кисти, я била его, сама не понимая толком, чего хочу.

Почувствовала его язык, вкус губ. Выдохнула, и застонала, стоило ему вновь оказаться внутри. Гладила его плечи, царапала и подавалась к нему, быстрее и быстрее, резче и резче. Прижималась, не выпуская, чувствовала вкус крови — его или своей — было уже не понять.

С нажимом он провёл до самого бедра, подхватил под коленкой левую ногу и согнул. Проникновения стали настолько глубокими, что нутро раскалилось до предела.

— Sì… sì… Oh mio Dio! Prego… (Да… Да… О, Боже… Пожалуйста… — пер. с итал.)

Обхватила его лицо, провела губами по скуле, укусила и лизнула. Движения Макса стали такими резкими, что в голове всё плыло, воздух сгустился вместе с темнотой, стал липким и вязким. Запах Макса, запах секса, запах наших тел. Лизнула его ухо, шею.

— Сегодня тебе придётся обойтись без сладкого, — зашипев, он согнул ногу ещё сильнее и несколько раз ударился в меня. Слизал с моей шеи капли испарины. Его сильное тело напряглось, мышцы под моими пальцами скрутились жгутами. Толчок, ещё один и ещё. Так быстро, так сильно, что я заметалась, забилась под ним. Потеряла себя в пламени его рук, в его жарком шёпоте.

— Да-а-а, — просипел он.