Я больше тебе не верю (СИ)

— Я поражаюсь твоей легкомысленности.

— А я твоему снобизму. Хотя я думала — это ты у нас рисковый парень.

— Рисковать можно, когда уверен в своей победе.

— О, так это много объясняет.

Я развернулась к Саше лицом, злая усмешка искривила мои губы. Вызывающе посмотрела на него и села с кружкой за стол. Глаза Саши зажглись недобрым огнём.

— А может, ты просто мазохистка? И тебе нравится, как об тебя вытирают ноги.

— Что? — мозг лихорадочно искал самые сочные эпитеты, чтобы тоже сделать больно, так же как он мне. — То что мы с тобой просто трахаемся не даёт тебе никакого права указывать, что мне делать.

— Просто трахаемся? — он изогнул бровь и скрестил руки на груди. — Ясно.

— Ну слава богу, а то вдруг ты думал, что между нами что-то большее.

С минуту мне казалось, что ещё секунда и мне по лицу прилетит оплеуха, но я продолжала упрямо смотреть в глаза Саше. Внезапно он резко развернулся и ушёл в комнату. Я осталась одна. Отхлебнула пару раз из кружки. Чаю уже не хотелось, я продолжала сидеть, не зная, что делать дальше.

Да, наверно сболтнула лишнего, но не извиняться же мне за это. Он тоже был груб. Оставаться в его квартире сейчас, казалось, не самым уместным. Мне показалось, что даже стены были настроены против меня. Я посидела ещё пятнадцать минут, но Саша молчал и не пытался со мной заговорить.

Самым лучшим решением в этой ситуации я посчитала просто уехать, будто всё неожиданно закончилось.

Я прошла в коридор, обулась и вышла. Дура? Дура. Согласилась я сама с собой. Пока ехала в лифте, моя личность разрывалась на две части.

Одна хотела вернуться и извиниться, сказать, что наговорила глупостей и на самом деле люблю его. Другая же половина занудно давила на мои желания. Я давно уже хотела отплатить Славе той же монетой. Он всегда недооценивал меня. Считал, что я могу только трындеть о ерунде. Но сейчас предоставилась возможность обойти его. И я не могла просто бросить и распрощаться с этой мыслью.

Вызвала такси и поехала к маме.

*** ***

(Саша)

Просто трахаемся!

Я знал, что Алиса частенько была прямолинейна, но всё же не ожидал, что меня так разозлит её высказывание.

А чтобы не наделать глупостей и не наговорить ещё больших гадостей, ушёл в комнату. Нам надо было остыть. Слишком много эмоций в одной комнате никогда не приводили ни к чему хорошему.

Через полчаса я остыл, решил проверить, как дела обстоят у Алисы и не нашёл её.

Обошёл квартиру — её нигде не было. Сбежала. Трусиха. Поняла, что неправа и испугалась.

Пусть подумает.