Я больше тебе не верю (СИ)

На лице Иры расплылась широкая улыбка. Только сейчас я обратила внимание, что она сегодня выглядит совсем по-другому. В розовом платье в мелкий цветочек, волосы не уложены, просто вились мягкими локонами, обрамляя лицо. Они у неё были от природы кудрявые, но она постоянно их выпрямляла. А самое яркое в её образе были глаза — они сияли.

— Так. Рассказывай, что случилось? — не выдержала я.

Глава 28

(Скиф)

— Привет! — и трубки раздался сонный голос Да Винчи. — Скиф какого хера ты звонишь в такую рань?

— Дэн, нужна помощь.

— Б… а когда было по-другому? Что у тебя там случилось?

— Мужичка надо одного припугнуть. Девочку мою обидел.

Дэн то ли подавился смешком, то ли зевнул.

— А ты Добрыне звонил?

— Ещё нет. С тебя начал.

— Вот ты лучше с него начни.

— Ты меня кинуть собрался?

— Скиф, я всю ночь не спал.

— Раньше тебе это не мешало.

— Видимо, старею.

— Короче, ты мне скажи, вечером сможешь подъехать?

— Подъеду. Ты же знаешь.

Я знал, что ни Дэн, ни Олег не откажут в помощи. Слишком много связывало нас в прошлом.

Дружили мы сравнительно недолго — лет пять, но ощущение было, будто знал их всю жизнь. Мы всегда приходили на помощь друг другу. Так мы помогли Дэну отбить его тату-салон, а Олегу собирали первых клиентов для фитнес-центра, рекламили и вкладывали деньги в развитие. И мой банк в какой-то мере был создан благодаря им. Если бы Дэн мне своевременно не промыл мозги, когда я собирался перевестись на археологию, то никакого банка бы не было."

"Узнать, что Самойлов провёл меня, как лопуха, было неприятно.

Да что там говорить. Неприятно — это мягко сказано. В груди закипало бешенство, что из-за этого козла я потерял Алису. Ведь я реально думал, что она играла двойную игру. Я, конечно, тоже хорош. Неудивительно, что Алиса обиделась. Ладно, переживём. Главное всё выяснилось. Теперь-то я своё не упущу.

Я снова взял телефон и набрал Добрыню. На самом деле родители его назвали Олегом, но он был метр девяносто ростом, напоминал богатыря с картины Васнецова, поэтому его прозвали Добрыня.

Прозвище само легло и привязалось к нему, так же как к Дэну прилип псевдоним Да Винчи. Рисует? Рисует. Значит, будет Да Винчи. И неважно, что рисует он чернилами по коже человека и держит свой тату-салон.

— Да, Скиф. Чего хотел? — голос у Олега был под его стать — низкий и басистый.

— Встретиться надо.

— По поводу?

— Съездить надо к одному нехорошему человеку.

— Во сколько?

— В девять.

— Куда?

Я назвал адрес.

— Хорошо. Приеду.