Я больше тебе не верю (СИ)

— Нет, но, возможно, ваш босс уделит нам несколько минут.

— Я уточню.

Она прошла к двери и заглянула. Из приоткрытой двери донёсся знакомый голос.

— У меня глюки? — я ошарашенно посмотрела на Иру.

— Ну тогда у меня тоже.

В кабинете за огромным серым столом сидел Скиф.

Глава 16

— Александр Егорович, к вам две журналистки. Просят уделить им несколько минут.

— Какие ещё журналистки?

Секретарша отступила в сторону, давая доступ к просмотру тех самых журналисток.

Не знаю, какие у нас были лица, но, видимо, очень удивлённые.

— Ах, этих… Приму незамедлительно, — он кивнул девушке.

— Проходите, — добавила она, просеменив мимо нас, будто мы сами не слышали.

Отрепетированным маршем, почти в ногу, мы протопали к нему в кабинет.

— Обалдеть Скиф!

— Не ожидал вас увидеть так скоро. Соскучились уже?

Ира остановилась в центре кабинета, поставила сумку на стул и принялась осматривать кабинет.

— Так нам теперь тоже к вам по имени-отчеству обращаться? Александр Егорович?

Вот вроде бы уже давно надо было забыть прошлое. Мы все изменились. И я уже не та легкомысленная девчонка и сто процентов Скиф тоже стал другим, но какая-то мощная антипатия заставляла меня постоянно язвить, хотелось его уколоть, сделать побольнее. Неужели я такая злопамятная?

— Можешь и Александр Егорович, если тебе так будет удобно, хотя друзья зовут меня Сашей.

— Мы же не друзья.

— Кх-кх, — Ира прокашлялась. — Мне кажется, Алиса, что мы могли бы стать с Сашей прекрасными друзьями.

— Ирина, ты прелесть, — Саша встал из-за стола и подошёл к высокой, изящной статуэтке из стекла, стоящей на пьедестале, которую как раз изучала Ира.

— Наверно, очень дорогая?

— Нет, не очень. Но скоро будет. Скульптор молод и неизвестен, но несомненно талантлив, — он нежно провёл по изгибам стеклянной девушки, словно ласкал её прохладную гладкую кожу.

— Итак, если я не ошибаюсь, вы пришли за интервью или же вам так срочно нужен адвокат, что вы решили поторопить меня?

— И то и другое, — с улыбкой заметила Ира. — От помощи настоящего мужчины грех отказываться.