И весь мир в придачу

Никаких там тридцать процентов до, остальное после. Сразу и отвалил! Клевый чувак, все бы заказчики так отваливали! Заказал кино собрать про НЛО вокруг какой-то фотки. Фотку тоже при-тырил.

– Подожди, что значит – вокруг?

– Мам, ну, ты чего, первый день замужем, что ли?! Ну, как такое кино собирают? Вот тебе… не знаю… медвежонок Миша. Производится на такой-то фабрике. Надо пострашнее чего-нибудь подпустить! Ну, мы показываем медвежонка раз двадцать за фильм или, может, сорок. А вокруг всякую дребедень ставим из архивов – фабрику игрушек, краска льется, испарения испаряются, синтетика атмосферу отравляет, засорение водоемов, загрязнение атмосферы, Гольфстрим вот-вот остановится! Получается, что детские игрушки не просто вредны, а опасны для жизни.

– Подожди, то есть это вранье все?!

– Не, мам, это суровая правда жизни, называется работа под заказ. А игрушки как были, так и остались, может, полезные, а может, вредные, мы не знаем. Нам главное – заказ выполнить.

– А… текст? – спросила Маруся и взялась за голову, чтобы лучше думалось.

– О, наизусть запомнила! Молодец! Текст заказчик дал, конечно! Мы только видео собрали, говорю же!..

– А как он выглядел, заказчик этот?

– Да зачем тебе, мам?! Бабла хочешь срубить?

– Затем, что из-за этого вашего вранья человек умер, – сказала Маруся. – Он фильм посмотрел и умер.

Грек сбоку покосился на нее:

– Со страху, что ли?..

– Я пока не знаю.

– Дела, – помолчав, сказал гениальный режиссер. – Делишки.

Маруся смотрела в окно.

– То есть ты ни фига не корреспондент, да? Пропала съемочка моя, правильно я понимаю?

– Нет, не корреспондент. Но я тебе помогу, если ты мне тоже поможешь.

– Да о чем спич, мам? Помогу, ясный хобот. Только чем помочь-то?

– Во-первых, ты мне все расскажешь про фильм и про человека, который его заказал.

– Раз плюнуть.

– Во-вторых, покажешь, что делают корреспонденты, и я все сделаю.

– Вот ты молодец, мам! – возликовал Грек. – Вот это я понимаю! Значит, тогда сначала отснимем, а то там все разбегутся, а потом я тебе подробно все растолкую. Как по-писаному. Даже покажу кой-чего. У нас там запись одна есть, если Ильяс не потер, конечно. А тот человек точно из-за фильма помер или, может, сам по себе взял, да и… того?

– Я не знаю, – сказала Маруся. – Я пытаюсь разобраться.