И с привкусом соли на губах

Мои руки в нежнейшем танце ласки доходят до ее лебединой шейки. Лишь слегка напрягаю пальцы, чтобы развернуть ее к себе. Ее глаза прикрыты. От страха ли? А потом она толкается в мои объятия. Прижимается к моему обнаженному торсу крепко-крепко, словно ища моей защиты от меня самого же.

— Малышка, я не обижу тебя, клянусь! — шепчу, привлекая ее к себе.

Эрекция сейчас проделает дыру в полотенце. Слишком долго я ласкаю ее, но готов делать это столько, сколько понадобится.

Подхватываю ее на руки. Она сладко охает, от неожиданности этого естественного мужского поступка.

— Я отнесу тебя к нам в комнату. Сюда может войти Вероника.

— Я… Артем, я не готова!

— Я знаю, малышка… я просто сделаю тебе хорошо. Не нужно бояться!

— Только без проникновения. — шепчет она умоляюще."

"Без этого, так без этого! Милая, ради того, что ты сейчас позволила мне взять тебя на руки и унести в свою спальню я потерплю на сухом пайке без самого главного, пока ты не попросим меня об этом сама!

Бережно опускаю ее на шелковые простыни.

Полы ее халатика расходятся, беззащитно открывая полоску кружевных трусиков. Вот еще одно подтверждение! Она надела красивое женственное белье. Для меня надела, чтобы мне понравиться!

Ей не по себе, она пытается отползти, отодвинуться от меня, пока не упирается в изголовье кровати. Всё милая, далее отступать некуда.

Тянусь к трусикам, чтобы снять их уже, но ее руки останавливают меня.

— Не надо, я хочу остаться в них.

Ну хорошо, оставайся. Как будто трусики когда-то были для меня помехой! Хватаю ее за узкую лодыжку.

Начинаю целовать, прокладывать долгую медленную дорогу до самого сокровенного, пока ее бедра сами не раскрываются для меня настолько, что я могу без труда дотянуться языком и губами до ее лепестков. Трусики мешают мне, и приходится сдвинуть их слегка в сторону. Ни одной женщине до этого я не хотел дарить подобного наслаждения. Всегда предпочитал, чтобы оральные ласки доставались мне, считая, что делать такое женщинам ниже своего достоинства. С Лианой же я сам парю на седьмом небе, едва сдерживая себя, чтобы не кончить в унисон с ней только от того, что ласкаю ее нежно там.

Я стараюсь. Девушка выгибается мне на встречу, качаясь на волнах наслаждения. В нашем распоряжении лишь мой язык и ее лепестки. И этого нам обоим достаточно, чтобы подарить друг другу неземной улетный оргазм.

Но кончив в пустоту, моя плоть не унимается. Уже через полминуты там все снова в полной боевой готовности.