И с привкусом соли на губах

Не доверяй никому кроме Арнольда, Марго и Вики.

Он смотрит на меня так, словно наглядеться не может, и нам совершенно плевать на то, что у этой трогательной сцены сейчас полно зрителей-полицейских.

— Береги Веронику, малышка. Я люблю вас обеих.

Артем бережно целует меня на глазах у всех и отпускает. Поворачивается к конвою, протягивая руки.

Я плачу, смотря на то, как застегиваются наручники на его руках. Это так не справедливо! Так не должно быть… Это просто дурной сон!

— Лиан, — Арнольд Грон протягивает мне бумажный платок, — попроси водителя отвезти тебя домой.

Я пока останусь с Полянским, посмотрю, что можно еще для него сделать. Потом позвоню тебе, хорошо?

— Хорошо… — киваю я.

Возвращаюсь в машину где все еще пахнет им. Мне не верится, что мы расстались, даже на эту неделю, до суда. За эти месяцы, что мы провели вместе, я так привыкла к нему, прикипела, полюбила всем сердцем… и что мне сказать Веронике? Как ответить на ее вопрос: «где папотька?»?!

— Остановите, пожалуйста, — прошу водителя у небольшого супермаркета.

Увидела там же аптеку. Мне срочно нужно успокоительное. Иначе не справлюсь. Покупаю. Расплачиваюсь.

Выхожу. Кто-то нападает на меня сзади. Сбивает с ног. Зажимает рот и нос вонючей тряпкой, тащит в узкий проулок за супермаркетом.

Тряпка отвратительно воняет какой-то химией, мне тяжело дышать, свет меркнет и я теряю сознание.



Глава 18

Лиана

Открываю медленно глаза. Их режет ярким светом из окна. Не могу пошевелиться. Я связана?! Не может быть, но это так. Я распростерта на кровати, распята на ней.

Мои руки разведены в стороны и привязаны к изголовью, с ногами та же картина, только пристегнуты они к изножью.

Мне страшно. Начинаю биться в веревках, точно птица, попавшая в силки.

— Тихо, тихо… — произносит рядом знакомый голос. — Если будешь хорошо себя вести, то развяжу.

Говорившего не видно. На него падает солнечный свет из окна, скрывая мужчину в лучах закатного солнца. Но голос Македова я не перепутаю ни с кем другим.

Мужской силуэт поднимается из кресла и выходит из круга света.

Теперь я могу рассмотреть своего похитителя во всей красе. Раздетый по пояс, с голым прокачанным торсом он возвышается надо мной, пожирая меня откровенным мужским взглядом, полным желания, такого неприкрытого, что у меня мурашки бегут по коже от страха."

"— Что все это значит? — я хочу сказать, но лишь кашляю от неприятного ощущения в горле.

— Немного переборщил с химией, не рассчитал дозу, ты проспала несколько дольше, чем я предполагал.