И будет вам счастье

Мне здесь так тягостно! Стараюсь не смотреть на свой дом, вид пепелища вызывает тоску. Вот похороню Лёню и уеду отсюда подальше…

Пепелище, точно! Тогда, в полусгоревшем доме, Сильвия сказала, что пришла забрать вещи из своей комнаты. Но столкнулись мы на втором этаже, а комната прислуги, как только что сказала вдова, – на первом! Спрашивается: зачем она отиралась около кабинета Лисовика? Может, уничтожала там улики?"

"Мне надо срочно разыскать Сильвию! Если ее телефон недоступен, буду караулить около дома.

Извинившись перед вдовой, я поднялась на третий этаж, чтобы забрать из чуланчика сумку. И тут поняла, что не представляю, как выбраться из «Высшей пробы». Заколдованный поселок опять не выпустит чужака на свободу, а Колтунова вряд ли согласится вставать с постели и везти меня в Москву.

Вернувшись в столовую, я поделилась своей проблемой с Изольдой. Однако вдова не видела в этом никакой проблемы:

– Езжайте на такси.

Я последовала ее совету. Такси действительно подали в кратчайший срок. И не какую-то там «Шкоду», а самый что ни на есть настоящий «Мерседес». Таксист содрал с меня баснословные деньги, но, по крайней мере, доехала я с комфортом.

К дому своей подруги я подходила с замирающим сердцем. Вот на этой дорожке меня догнали преступники, около этого мусорного бака сделали смертельный укол, а в сторону той аптеки они убежали.

Чтобы не столкнуться с Сильвией нос к носу, я села не около подъезда, а чуть дальше, в тени мощных тополей, растущих рядом с детской спортивной площадкой. Одно дерево лежало на земле, вырванное с корнем, – очевидно, последствие грозы, бушевавшей в Москве неделю назад. Коммунальные службы, как обычно, не торопятся навести порядок.

Поудобнее устроившись на шершавом стволе, я приготовилась к долгому ожиданию. На часах было одиннадцать, если мне повезет, то к вечеру я увижу Сильвию.

Сильвию трудно было не заметить. И причина заключалась вовсе не в ее крупных формах. Просто толстушка была в шубе! На дворе июнь, двадцать градусов выше нуля, а дама накинула на плечи полушубок из платиновой норки!

Немногочисленные прохожие пялились на нее во все глаза. Однако Сильвия не замечала никого и ничего вокруг.