Грозовая любовь

А он все равно появился! Послушай, разве я не говорила, чтобы ты не упоминал его?

Войдя в столовую, Саманта оставила Лоренсо. Она села за стол, все еще кипя от ярости, и едва не подпрыгнула, когда Хэнк опустился рядом с ней. Стол был огромный, и за ним оставалось еще шесть свободных мест. К счастью, обед был уже сервирован. Саманта уставилась в тарелку. Это дало ей возможность собраться с мыслями, успокоиться и подумать, что означает приезд Хэнка.

Завязавшийся рядом разговор прервал ее мысли. Лоренсо, сидящий напротив, рассказывал Жану Мериме о Мексике.

— ..Десять лет быстро прошли. Это первый ее приезд за все это время.

— Ее не было, когда умерла ваша бабушка? — рискнула спросить Тереза.

— Нет, тогда Саманты не было.

— Жаль. Она была прекрасная женщина, очень добрая.

Саманта поперхнулась. Хэнк был позабыт, и она ошеломленно посмотрела вначале на Терезу Паласио, а затем на брата.

— Она говорит о нашей бабушке, Шелдон?

— Да. Тереза рассказывает, что встречалась с ней несколько лет тому назад.

— Она была превосходной женщиной, — добавила Тереза, посмотрев на Саманту. — Я очень сожалела о ее смерти.

Саманта была поражена.

— Шелдон, тебе бы следовало написать мне, что бабушка в преклонном возрасте стала доброй. Я обязательно приехала бы полюбоваться.

Шелдон неловко прокашлялся.

— Действительно, дорогая, я не замечал, чтобы она изменилась. Она так… она так никогда…

— Не простила меня за отъезд в Америку? — с усмешкой сказала Саманта.

— Я бы не стал понимать это так упрощенно, — ответил Шелдон, бросив на Саманту предупреждающий взгляд.

— Разумеется.

— Поэтому она лишила вас наследства? — колко спросила Тереза.

Саманте захотелось рассмеяться, увидев потемневшее от вопроса своей невесты лицо Шелдона.

— Как вы узнали? — спросила Саманта. — Мне трудно поверить, что мой брат рассказал об этом.

— Ваша бабушка рассказала, — объяснила Тереза. Саманта выпрямилась, разглядывая сидевшую напротив женщину чуть старше ее.

— Да, я действительно лишена наследства, — произнесла Саманта спокойным твердым голосом. — Бабушка и я никогда не понимали друг друга. Она приняла такое решение, когда я предпочла уехать жить к отцу.